3
0– На Хуциеве поверх спортивного костюма была наброшена видавшие виды потертая летная куртка, на голове темно-синий берет, натянутый до самых бровей. – Не передумали? – на всякий случай спросил азербайджанец.
И не дождался ответа.
Ас повернулся к распахнутой двери кабины экипажа, оглядывая замерший на лавке стройный ряд разведчиков, смотрящих перед собой.
– Проверка! – крикнул он, привлекая внимание отряда. – Жми, Хусейн.
Бортмеханик привел в действие синюю сигнальную лампу над дверью.
Крайний, Пантера, приподнял руку: «Вижу».
Ас занял прежнее положение.
– Адам, крутнись над аэродромом – выбросим твоего водителя, а потом жми к базе.
– Знаю. – Хуциев переложил штурвал, делая правый разворот.
У Марка слегка заложило уши. Он широко, до хруста за ушами открыл рот и снова сомкнул губы. Под его курткой, как и у остальных бойцов, вплотную к подмышке был пригнан автомат «АС», разработанный под патрон СП-6 с бронебойной пулей, а компактный штурмовой «вихрь» висел на ремне в районе живота и также под курткой – чтобы ни одна деталь вооружения не смогла помешать принудительному раскрытию парашюта, 9-миллиметровый «вихрь», на дальностях до двухсот метров насквозь прошивающий бронежилеты, должен первым вступить в бой.
По правую руку от Марка сидит Муха – Дима Родимов. Голова бойца приподнята, глаза закрыты. Дышать старается глубоко и не часто. Слева – Рубильник, тезка Марковцева, 25-летний носатый Сергей Евдокимов. Смотрит перед собой, раскрытые ладони держит на коленях. Перехватив взгляд Марка, Евдокимов повернул голову и подмигнул.
Кроме десантников и экипажа, в салоне самолета находился водитель «ЗИЛа», за плечами которого висел парашютный ранец.
В проеме двери снова показался Ас.
– Берегись – люк!
– Майнуй помалу! – крикнул Злодей, сидящий первым.
Вот она, пасть десантного самолета, с отвисшей челюстью створки люка, скалящаяся телескопическими подъемник1ми.
Водитель встал в метре от люка.
– Пошел!
Азербайджанец, оттолкнувшись, покинул борт.
Все. Теперь очередь за мастерами.
Сделав двойной разворот, самолет с десантниками на борту пошел на последнюю прямую, дрожа и резко снижаясь.
Бойцы почувствовали эту прямую, протянувшуюся по направлению к асфальтированной дороге учебного центра, их головы непроизвольно пришли в движение.
– Попер, родимый!
– С ветерком под горку!
– Кардан бы не отвалился...
Гринчук вернулся к пилотам.
