6
0
— Замерз я что-то, — признался Рид и снова закашлялся. — Эх, старый стал. Казалось, было жарко, вот я и не взял камзол.
Рид снова закашлял. В этот момент я полностью осознал, что определённо не смогу примкнуть к другой компании. Рид был стариком, и за ним необходимо было следить. Чего доброго, он мог потеряться или заболеть.
Впрочем, не беда, даже если на охоте я так и не смогу ни с кем пообщаться. После охоты смогу участвовать в обсуждении и там уже поближе пообщаться с нужными людьми.
Снял с себя камзол и накинул на плечи старику. Тот вздрогнул и хотел что-то возразить.
— Мне все равно жарко, а вы, я полагаю, простудитесь, — сказал я, — думаю, Гертруда тогда рассердится.
Старик задумался, а после снова по-доброму улыбнулся.
— Благодарю вас, — сказал он. — Только напомните его снять перед возвращением. Я ведь забуду. А Гертруда не должна видеть, — заговорщически добавил он.
— Конечно, мы ей ничего не расскажем, — кивнул я, чувствуя тень улыбки. Мы прошли еще несколько метров, прежде чем Рид согрелся, и снова раздалось его коронное:
— Постой-ка!
Я замер, готовый к новой ветке, но раздавшейся выстрел был другим. Более глухим и отдаленным. Я не сразу понял, в чем дело. Но когда повернулся, увидел побледневшего Рида и расплывающееся пятно крови на моем камзоле.
Элеонора
Игра выдалась поистине жаркой и напряженной. Но вовсе не из-за карт, которые, как назло, шли мне в руки. И вовсе не из-за королевы, которая пыхтела каждый раз, когда проигрывала, а проигрывала она слишком часто. И даже не из-за взглядов всех сидящих за столом в мою сторону.
Дело было в одном общительном мужчине за этим столом, который сидел рядом. И, на удивление, даже не в Эндрю. Нет. Дело было в лорде Дернли.
— Элеонора, вы так великолепно играете! — несколько раз сказал он.
— Благодарю вас, мне просто везет, — покраснела я от очередного комплимента. Пожалуй, меня и так невзлюбили все играющие за постоянные победы, а Генри только накалял ситуацию. К негодующим игрокам присоединилась и Маргарет, которая пыталась приковать к себе все внимание лорда Дернли. Сестра придумывала изящные ходы. Заводила различные разговоры. Вот только это было бессмысленно. Генри за всем столом видел только меня!
— Какой блестящий ход, — восхитился он, когда я делала уже все возможное, чтобы проиграть.
— Случайность, — пробубнила я.
— Какое прекрасное кольцо, — вдруг сказала королева. Должно быть, и ей надоело неуместное восхищение Генри, и она поспешила напомнить, что я помолвлена и смысла восторгаться мною никакого нет. Я даже порадовалась, показывая дорогой подарок Адриана.
— Семейная реликвия рода Кеймов, — подытожила королева. Но, как оказалось, Дернли моя помолвка совсем не смущала.
