И, как и в прошлый раз, к ним почти сразу подсел Абрахам Адэриус — чтобы тут же поинтересоваться:
— Какими судьбами вы к нам… оба?
— Мы не судьбами, — ответил Берт, — а по императорскому желанию.
— Интересно, — задумчиво протянул глава Совета, — зачем же это? Странные прихоти у его величества.
— Не вижу ничего странного в желании видеть среди множества постных архимагистерских лиц два нормальных лица, — проскрипел Гектор. — Кроме того, вы забываете, архимагистр, кем я работаю.
— О таком не забудешь, — буркнул Адэриус. — Но здесь вам ловить нечего.
— Это вы так думаете, — усмехнулся Дайд.
Доклад Арчибальда совершенно не отличался от версии в прошлой реальности, и точно так же, после того, как принц закончил, глава Совета захотел выступить и задал те же самые вопросы — не исчезнет ли родовая магия? Кто будет заниматься прошениями по титулам? Что делать с фамилиями?..
А потом, когда Адэриус высказался, заговорил император, и стали в его голосе было не меньше, чем в прошлый раз.
— Да, нелегко ломать устои, складывающиеся веками, но нам с вами придётся это сделать. Недовольство в обществе достигло катастрофических размеров, и еще немного — и мы получим гражданскую войну, в которой неизвестно, кто победит.
Все непроизвольно покосились на единственного представителя противоположного фронта, не носящего звание архимагистра и не являющегося аристократом — на Дайда.
— Крайне необходимо сейчас начать двигаться навстречу изменениям, чтобы это сработало как ушат холодной воды в разгар драки. Беспокойство по поводу родовой магии я понимаю и разделяю, более того — всем вам прекрасно известно, что при дворце существует комиссия по вопросам родовой магии, изучающая её природу.
Как и в прошлый раз, зал заволновался, зашептался, зашумел, и его величество повысил голос:
— Тишина! Арчибальд, закон необходимо поправить. Первый этап — разрешение на заключение браков — будет длиться пять лет. Далее всё по твоему проекту.









