16
0
Селина нахмурилась.
— Мне это не нравится. Совсем не нравится.
— А должно быть наоборот. Я думаю принять твоё предложение и остаться в Сангориа. Разве это не чудесно?
— Я очень рада, — осторожно ответила молодая женщина. — Но надеюсь из-за этого вы с Иваром не поругались? Мне не хотелось бы стоять между вами, даже неясной тенью.
— Ты не стоишь, — поспешила уверить её. — Мы просто другие.
— Вы поругались, — подытожила Селина. — Я так и знала. Ну ничего, всё будет хорошо. Остынете, успокоитесь вдали друг от друга. Всё обдумаете и помиритесь.
Я промолчала, не желая вдаваться в подробности. Пусть думает так, правду я всё равно не смогу ей сказать."
"Именно в этот момент в саду появилась Одетт. Девушка так спешила к нам, что едва не бежала по узкой дорожке, громко стуча каблучками по разноцветной плитке. Чёрные волосы, заплетённые в косу, растрепались и падали на глаза.
— А вот и Одетт, — улыбнулась Селина, смотря на золовку, которая приближалась к нам. Улыбка сползла с её лица, когда подруга разглядела выражение лица девушки. — Великие, что произошло?
Описать его было сложно. Это была какая-то фантастическая смесь ужаса, шока, удивления, изумления и недоверия.
— Что-то с Дереком?
— Что? Нет, с ним всё хорошо, — Одетт быстро села в свободное кресло, откидывая косу назад и протянула Селине измятую газету. — Вот!
Кажется, это был сангорианский «Сплетник», хотя я могла и ошибиться.
Не знаю, что именно Селина там прочитала, но чем больше проходило времени, тем тревожнее мне становилось. Особенно, когда, закончив чтение, а вчитывалась в напечатанное она очень долго, подруга взглянула на меня.
— Странно, когда ты говорила о перемирии между тобой и Леонардом, я думала, что ты имела в виду нечто другое.
Внутри словно что-то оборвалось. Неужели кому-то стало известно о той ночи? Нет! Этого не может быть. Торнтон обещал, что никому ничего не скажет и я почему-то ему верила. Оставался еще Ивар, но он не мог быть настолько подл. И пусть бывший жених обещал отомстить, но он не мог опуститься до такой низости. Не мог уничтожить меня.
— Селина, — выдохнула едва слышно. — Я всё объясню.
— Ты не обязана, хотя я не понимаю, почему такие тайны. Ты вообще уверена в том, что делаешь? Я, кончено, буду рада такому повороту событий, это же мой брат. Но ты же его едва терпишь, а теперь… эта новость, — она беспомощно указала на газету. — Вы что заключили какое-то соглашение? Он тебя заставил? Угрожал?
— Соглашение было, — призналась я, едва не задыхаясь от жгучего стыда. — Но это был мой выбор и отвечать за него тоже мне. Прости, если разочаровала тебя… если ты не захочешь меня больше видеть, то я пойму и не обижусь. Сейчас же вернусь в особняк и уеду.
