1
0Но в моём новом окружении это считалось нормой, да и деньги имелись в достатке: Николай позаботился, чтобы я не нищенствовал, пока решается вопрос с разделом наследства. И потому я скрепя сердце приложил смарт к терминалу и ввёл код, тем самым расставшись с кругленькой суммой.
К пяти часам, как и условились, я подъехал к дому Белозёрских — кирпичному двухэтажному особняку с мансардой.
Семейство встретило меня радушно. В прихожую вышли сам Максимилиан Сергеевич, две его жены, две дочери и сын. Ксения среди присутствующих детей была старшей. Младшая, Мария, выглядела лет на пятнадцать.
Мы прошли в небольшую уютную гостиницу, выдержанную в бело-зелёных тонах. Белый цвет являлся основным, зелёными были подушки на диванах, декоративные статуэтки, узоры на торшере напольной лампы. Оба стола имели стеклянные столешницы.
Ксения села на диван радом со мной. Сегодня на ней были чёрная юбка, цветастая блузка и лёгкая кофточка, волосы были заплетены в косу, достающую до середины спины.
— А мы уже наслышаны о вашей невероятной победе в схватке с Василием Степановичем, — сказал Максимилиан Сергеевич, устраиваясь напротив меня. — Поздравляю, Артём Эдуардович! Кто бы мог подумать, что молодой человек, вроде вас, справится со столь опытным мастером?
— Я защищал своё доброе имя, — ответил я.
— Это очень достойно, — похвалила меня Софья Павловна, одна из жён — как я понял, старшая.
— Не было выбора, — сказал я. — Иначе пострадала бы честь семьи.
— Искренне рад, что поединок закончился в вашу пользу, — произнёс Эдуард Васильевич. — Даже великому князю не позволительно порочить доброе имя членов других родов.
Разговор завязался быстро и непринуждённо. В основном говорили обо мне. Максимилиан Сергеевич принялся расспрашивать меня о службе в армии, после чего опять, как и при первой нашей встрече, ударился в рассуждения о том, как военное руководство намеренно затягивают боевые действия, чтобы зарабатывать на этом деньги.
— А вы слышали, Артём Эдуардович, что под Бельском новое наступление готовится? — спросил он.
— В последнее время не слежу за новостями, — ответил я. — Крупное?
— В Волынь перебросили третью бригаду. Опять будут давить повстанцев.
— Надеюсь, теперь-то их, наконец, задавят, — произнёс я, и перед глазами пронеслись картины волынской зимы.
