Мастер разрешил отдохнуть, и на всё воскресенье я оказался предоставлен сам себе
Машину моего приёмного отца привезли вчера. Крыша и двери с левой стороны были помяты, в капоте зияла рубленная дыра — след от удара энергетической шашкой. Седану требовался ремонт.
Но без транспорта я не остался. Николай разрешил воспользоваться одним из своих авто — пятидверным паркетным внедорожником серебристого цвета. Он был поновее седана моего приёмного отца, имел голографический дисплей и даже автопилот. В городе с включённым автопилотом не поездишь: слышал, что в потоке машин они сильно тупят и занижают скорость, где надо и где не надо, а вот для загородной трассы — штука весьма удобная, хорошо разгружает водителя.
В связи со своим затворническим образом жизни Николай редко выбирался в город, а если и выбирался, то на лимузине с шофёром и кучей охраны, а две его машины — серебристый паркетник и тёмно-синий спортивный седан — стояли без дела.
После инцидента с дружиной Борецких я решил запастись кое-каким оружием. У трофейной шашки порвались ремни ножен, когда я её содрал с убитого противника, да и таскать везде и всюду длинный клинок на поясе — не самая лучшая идея, поэтому я положил её на пол под заднее сиденье внедорожника.
Конечно, пистолет был бы предпочтительнее, но на ношение стрелкового оружия требовалась лицензия (и особая лицензия на ношение энергетического стрелкового оружия), и я решил не нарушать закон.
"Боярский район оказался местом спокойным. Особняки его богатых обитателей выглядывали сквозь зелёные насаждения, изредка попадались офисные и торговые здания. Машин было мало, как и пешеходов, а воздух не отравлял смог предприятий, которых в южной части города строили очень мало.
Бутик находился на углу двух тихих улочек в старинном доме.
Когда продавец назвал цену, меня чуть сердечный приступ не хватил. В прежние времена, для меня это было целое состояние. Я с трудом представлял себе, зачем такие средства тратить на одежду, если на них можно жить несколько месяцев.









