Найдена

– Ляг! – тихо прорычал наемник.

Я фыркнула. Словно услышав, последний всадник остановился. Его конь затанцевал по лужам, а небрежный взгляд сторожевого скользнул по кустам и вонзился в мое лицо. Заметил! Я нырнула вниз и ткнулась носом в землю.

– Эй, вылазь! – приказал всадник.

Я покосилась на Рябого. Он лежал в ложбине. Верховой заметил только меня.

– Чего там, Торн? – окликнули его.

– Кажись, девка в кустах. Погодите, гляну…

Он похлопал лошадь по заду, и та лениво двинулась к нашему укрытию. Рябой шевельнулся и указал мне на дорогу: «Вылезай». Я растерянно заморгала. Выбираться было страшно. «Вылезай», – шепнули губы Рябого. Он еще что-то добавил, но я уже не увидела. Шаря глазами по лицам остановившихся всадников, я раздвинула ветви и выползла на дорогу.

Торн подъехал поближе, вгляделся в меня и довольно присвистнул. На свист подобрались и его приятели.

– Ничего себе, хороша находка! – хмыкнул высокий седоусый воин. Кажется, мы встречались в Новгороде у Ярослава.

– Найдена?!

Голос Прохора я узнала сразу. Это он сторожил меня в посадниковом амбаре, и он ходил за мной к Лютичу. Слуга Ярослава.

Он подъехал:

– Ты что тут делаешь?

Мне пришлось взглянуть на него. Парень повзрослел. Или выглядывающая из-под рубахи кольчуга делала его взрослее?

Новгородцы ждали ответа. Не спуская глаз с Прохора, я пожала плечами:

– Ты же знаешь, что я была в Киеве по приказу князя. А когда Святополк ушел, решила тоже уйти. Да вот услышала топот и спряталась."

"Объяснение казалось правдивым. Парень просиял, однако Торн нахмурился, склонился к самому уху седоусого и что-то зашептал.

– Видела… – разобрала я. – Таилась…

Седоусый выпрямился в седле.

– Я ее знаю, – заторопился объяснять Прохор – Ее в Киев послал Ярослав.

Седоусый недовольно махнул рукой.

– В городе остались воины Святополка? – спросил он.

Я помотала головой:

– Нет. Все ушли с Окаянным. А многие еще раньше, с поляком.

Говорить о княжне я не стала.

– Значит, нас там ждут с хлебом-солью? – задумчиво произнес седоусый.

– Да.

Он неожиданно резко наклонился и сгреб меня за плечо. Пронзительный взгляд обжег мое лицо.

– А коли так, то куда ж ты бежала? Почему не ждала со всеми? И почему таилась, хотя видела, что мы служим Ярославу?

Я растерянно заморгала. Когда не ведаешь, что сказать, проще всего пустить слезу. Не поверят, но и донимать не станут. По моей щеке поползла прозрачная капля. Я всхлипнула и растерла ее ладонью. Однако седоусый оказался упорным. Расспрашивать не стал, но уверенно хлопнул ладонью по крупу своего коня и приказал:

– А ну полезай.

Я замерла. Даже забыла, что собралась плакать.

Вот и все.