8
0"
"– Ну как? – Она с радостным ожиданием посмотрела сначала на мать, потом на Игната.
– Отлично! – заверил Игнат.
– Неплохо, – кивнула Ксения Антоновна. – Я думаю, это твоя ниша.
– Ты видела, как много народу? – Лие хотелось, чтобы ее хвалили.
– Конечно, – согласно улыбнулась мать. – Ты хорошо отработала.
Она повернулась к Игнату и поинтересовалась:
– Ты на машине?
– Да. – Он решительно поднялся и приобнял Лию. – Но я хочу увезти вашу дочь. Можем сначала доставить вас домой.
– Не стоит, – засмеялась Ксения Антоновна. – Я доберусь на такси.
К его дому Лия ехала молча.
– Ты меня впускаешь, потому что больше нет ее?
– Кого ее? – сделал вид, что не понял, Игнат.
– Той твоей подруги, которую сегодня похоронили.
– Что за бред! – Игнат бросил пиджак на стул, обнял Лию и попросил: – Не надо о ней говорить. Она была мне чужим человеком, но… все равно не надо.
Ему хотелось забыться с Лией, и на какое-то время это удалось. Уже потом, расслабленно лежа рядом, он признался.
– Мне показалось вчера, что ты собираешься меня бросить.
Игнат запоздало спохватился.
– Ты огорчился? – лукаво взглянула на него Лия. Для этого ей пришлось поерзать на его плече.
– Да, – честно сказал Игнат.
Она снова поерзала, и он обнял ее второй рукой.
Хорошо, что она лежала рядом. Он почти не думал о Нине.
30 мая, четверг
Утром неожиданно позвонили с работы.
– Дана, тебя здесь девочка спрашивает, – виновато сообщила Олечка с ресепшна.
Накануне, собираясь на похороны, Дана просила обзвонить родителей, которые могли бы привести детей на занятия.
– Какая девочка? – расстроилась Дана. Неприятностей не предвиделось – занятия по четвергам не назначались, но ребенка, оказавшегося около запертой двери, было жалко.
– Как тебя зовут? – тихо спросила Олечка, обращаясь к девочке, и доложила Дане: – Ксюша Давыдова.
– Дай ей трубочку, – попросила Дана.
– Здравствуйте, Дана Станиславовна, – через несколько секунд раздался звонкий голосок.
– Здравствуй, Ксюшенька. Тебя мама привела? Понимаешь, у меня сегодня нет занятий…
На дерево за окном села незнакомая птичка. Размером с голубя, а похожа на воробья. Дана подошла поближе, но птичку рассмотреть не удалось, она улетела.
– Я одна пришла. Хочу с вами поговорить.
– Одна? – опешила Дана. – Подожди меня минут десять! Я сейчас приду. Только никуда из центра не уходи, хорошо?
В том, что семилетний ребенок болтается по городу один, ее вины не было, а казалось, что есть.
К центру Дана почти бежала.
