Молот Пограничья. Книга II

Кто в своем уме на такое подпишется?"

"— В своем, не в своем… Кто-то да подпишется, — вздохнул Седой. — Одни за деньги, другие в дружину зубовскую, может, хотят. Мало ли у людей причин? Сам знаешь — не от хорошей жизни в Тайгу едут. Такие же как мы простые искатели — а их, считай, на убой погонят.

— Так. Разговоры — отставить! — нахмурился я. — Неважно, кто сегодня придет, и будут ли у них шевроны с гербом. Если эти люди решили служить Зубовым — они наши враги!

Вряд ли хоть кто-то мог видеть мои глаза, однако все до единого почувствовали, как всколыхнулась Основа.

Седой виновато втянул голову в плечи, Иван с Василием дружно дернулись, а Жихарь даже чуть отодвинулся в сторону. Мне нисколько не хотелось пугать своих же людей, но гнев оказался сильнее: в памяти тут же всплыла бородатая рожа и рука, держащая револьвер у побледневшего от страха лица хозяйки хутора.

— Враги. И хороших людей среди них нет! — тихо прорычал я. — А если кто-то считает иначе — ему лучше было остаться дома.

— Вы не подумайте, Игорь Данилович! Я ж это так, к слову… — В голосе Седого прорезались жалобные нотки. — Что скажете — все с мальчишками сделаем.

— Вот так бы сразу, — проворчал я. — И нечего тут болтать. Хватай «холланда» — и давай наверх. Что делать — помнишь?

— Так точно, ваше сиятельство! — отчеканил Седой. — Помню!

— Раньше времени не стрелять, — на всякий случай повторил я. — И патроны береги, бей наверняка.

Большой штуцер перезаряжается целую вечность, и потратить больше двух или трех дорогущих английских «нитроэкспрессов» Седой не успел бы при всем желании, но дядя все равно тоскливо ворчал по телефону, расставаясь со своей игрушкой.

И даже требовал, чтобы я взял его с собой на лесопилку, но в конце концов смирился и остался в Отрадном.

Одной Матери известно, чем сегодня все закончится. И что бы ни случилось — кому-то надо присматривать за усадьбой, бабушкой и сестрами.

— Так точно — бить наверняка.

Невысокая фигура направилась к плотине, мелькнув на фоне ночного неба, и я не сумел сдержать улыбки. Оружие оказалось размером с владельца, и длинный ствол «холланда» разве что не возвышался над головой. Через несколько мгновений силуэт растворился в тенях на том берегу, и сквозь журчание воды и тихое поскрипывание колеса я услышал стук: Седой отыскал в темноте лестницу и теперь лез на лесопилку, чтобы занять свою позицию.

Стрелял он не хуже Жихаря, так что сам вызвался прикрывать ударную группу крупным калибром.

— Давайте-ка тоже по местам. — Я кивнул остальным. — И не менжуйтесь. Когда начнется, вас жалеть никто не станет — и вы не жалейте.

В прежней жизни все было куда проще. Преторианцы не ведали ни страха, ни сомнений. Они отправились бы за мной даже в Преисподнюю.