Молот Пограничья. Книга II

Не знаю, скольких зубовских дядяно сокровище отправило на тот свет, но этот вряд ли был первым. С гридницы громыхнуло, и угловатая фигура отлетела на несколько шагов и свалилась на землю, гулко лязгнув броней.

Даже если кресбулат выдержал попадание огромной пули, тело под кирасой оставалось таким же хрупким, как и раньше — и больше не шевелилось.

Мои люди сражались изо всех сил — а теперь пришел и мой черед подраться.

— Идите сюда! — рявкнул я, поднимая пылающий меч. — Вам нужен князь Костров — так подойдите и возьмите!

И будто в ответ на мой крик снова загрохотали выстрелы.

Кто-то — то ли бабушка, то ли Полина — швырнул заклинание, и над кронами вспыхнул белый шар, озаривший тусклым светом укрывшихся за соснами зубовских гридней.

И не так уж их было и много.

Я взмахнул рукой, и Стена Огня выросла прямо среди деревьев. Повинуясь моей воле, пламя тут же разошлось в стороны, преследуя неуклюжие и медлительные фигуры. Те огрызались огнем штуцеров, со звоном вколачивая пули в мой доспех, но силы были неравны. Я шел вперед, прикрывая голову бронированным локтем, и когда выстрелы стихли — ударил снова. Красная Плеть с шипением выросла прямо из моей ладони и устремилась вперед, с одинаковой легкостью рассекая и дерево, и не защищенную кресбулатом плоть.

Гридни падали один за одним, а огонь с сердитым воем мчался дальше, срезая молодые сосенки и оставляя на толстых стволах дымящиеся алые отметины.

Зрелище наверняка вышло убедительным и даже пугающим, но Зубов не зря платил своим людям. Не успел я снова размахнуться Плетью, как несколько бойцов устремились ко мне с разных сторон, лязгая броней. Время, отведенное в этом бою магии и огнестрелу, стремительно уходило, и все закончилось тем, чем и должно было закончиться.

Старой доброй рукопашной схваткой.

Полыхающий клинок Разлучника с гулом вспорол воздух, открывая кровавый счет. Весь мир вокруг вдруг сжался до крохотного пятачка среди сосен, на котором мы с врагами сошлись в смертельном танце. Ярость разгоняла тело до предела, и было уже плевать, сколько против меня выйдет врагов — пять, десять, сто или целая тысяча.

Я не успевал разглядеть, что происходит вокруг, но знал, что сражаюсь не один. Бабушка с сестрой остались где-то у дома и не лезли в свалку, однако рядом уже появились дядя и Василий с Рамилем.

Три бронированные фигуры прикрывали мне спину, и вместе мы стояли намертво.

Разлучник взлетал и опускался, высекая искры из чужих доспехов, и желающих попасть под его полыхающий клинок с каждым взмахом становилось все меньше. Я лично прикончил уже троих, и у дяди дела шли немногим хуже. Теперь, когда враг пришел прямо в дом, осторожный и порой даже нерешительный хранитель семьи и всего Гром-камня исчез, уступая место кому-то другому.