5
0
Я понял, что наши ребята не стоят на месте и, возможно, через несколько месяцев мы можем получить преимущество в небе.
— «Манфред»… Ты меня очень удивил и порадовал. Чем я могу тебя отблагодарить?
— Баня есть? Было бы здорово отмыться.
— Без базара! Организуем!"
"Строгий, но справедливый «Бас»
Целый день я бегал по позициям и общался с соседями, договариваясь о поддержке перед последним штурмом в полях.
За украинцами еще оставалась автобаза. Вечером я вернулся на «Аид» и встретил там уставшего «Баса». Он только что вернулся с прочесывания лесополосы, которую мы взяли раньше.
— Чего это ты туда сам поперся?
— Дак… Командир приезжал. Орал тут на всех. Пришлось гнать всех и самому идти впереди с флагом.
— «Крапива»? Сам лично? А что случилось-то?
— Тут сразу все так не расскажешь, как бы…
— Рассказывай издалека, — зная специфику «Баса» предложил я.
— Ну, прислал мне «Птица» этого «Контекста». Типа помощника.
Серега скривил лицо.
— Типа он теперь будет командир эвакуации…
— Впервые слышу! — удивился я.
— Прислал и прислал. «Я, — говорит, — командир». Ну, командир и командир. Командуй, раз командир, — усмехнулся «Бас».
Далее последовала мхатовская пауза, и Серега продолжил:
— Прилетает «Крапива» и давай орать, что у нас там боец валяется, а мы его не видим. Глаза выпучил и давай на этого «Контекста» орать: «Чем вы тут занимаетесь? Нахер вас всех!» — пытался «Бас» изобразить гнев командира.
— Какие интересные события, а я ни сном ни духом.
— У тебя своих дел полно, что мне тебя беспокоить, — объяснил мне Серега. — Пошли мы… И действительно нашли там нашего пацана. В трех метрах от тропинки всего лежал. Примерз уже, — Серега неодобрительно крякнул. — Эти хотели его поднимать. Я им запретил. Дернули его за эвакуационную петлю на бронике. Опознали по жетону и принесли. «Крапива» мне и говорит: «Ты теперь командир, и чтобы порядок был!».
«Бас» развел руками.
— Ну я так я… Строю я, значит, всех этих бойцов, кто расслабился при старой власти, и говорю, что сейчас мы будем учиться тщательно прочесывать местность!
— Сталинские репрессии, значит? — я пошутил и заулыбался, представив, как он наводит порядок в подразделении.
— Выхожу наверх и говорю: «Я вас щас всех причешу тут, чтобы булки свои не расслабляли! Взяли кошки, веревки, РГДешки, чтобы растяжки снимать!» — стал он изображать фельдфебеля. — Кошки, кстати, я у хохлов нашел такие профессиональные, альпинистские.
