Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Это были бойцы еще из той наивной, мирной жизни. У меня в памяти запечатлелась картина, когда меня представляли отделению как командира, и я стоял перед ними, всматриваясь в лица. Когда «Маслен» уходил, он несколько раз оглядывался по дороге и махал мне рукой, пока не скрылся из глаз. Я видел, что он счастлив и не может поверить, что его вывели в тыл с самой опасной позиции. «Маслен» не был штурмовиком.

Он был умным, образованным парнем, который мог принести больше пользы в качестве оператора дрона. Мне было тепло от того, что я смог сдержать слово, которое я дал ему на полигоне.

Когда я смотрел вслед «Маслену», я вспомнил нашего второго БПЛАшника — «Летуна» — которому повезло меньше.

В тут ночь, когда по нам стрелял танк, ему осколком выбило глаз, и его эвакуировали. «Сезам» говорил мне, что он где-то в госпитале."

"«Маслен» в силу обстоятельств нарушил очередность помывки в бане. С того самого момента, когда мы с Женей побывали там и примеряли китайские труселя, установилась живая очередь из бойцов, которые ежедневно отправлялись мыться в Зайцево. Из пятерки, которая обычно находилась на позиции, один боец отправлялся в баню, совмещая помывку с мини-отпуском.

Маленькие человеческие радости и элементы цивилизации превращались тут в эпохальные события планетарного масштаба! Бойцу меняли его замызганную и грязную форму на новую. Ему выдавали новые трусы и чистые носки. Он мог сбрить волосы и бороду. После бани каждый из них чувствовал себя олигархом, только что посетившим «Сандуны».

Штурм блиндажа

Перед самым штурмом я проверил обе рации. По одной я связывался с командиром и «Горбунком», а по второй — со своими штурмовыми группами.

Штурмовую группу, которая должна была идти от Жениных позиций, возглавил «Викинг», который оклемался и был готов к выполнению задач. Группу, которая должна была выдвинуться от заправки по противотанковому рву, должен был вести «Горох». Я выбрал его, потому что он был отличным бойцом и отдохнул пока был в госпитале.

В последнюю минуту я передумал, боясь контратаки украинцев, в которой мы могли потерять позицию у заправки.

Я приказал «Гороху» выбрать среди бойцов командира штурмовой группы, а ему возглавить оборону.

«Пегас» поднял птицу и доложил, что на этом укрепе порядка пятнадцати бойцов противника.

«Горбунок» договорился с конторскими артиллеристами о поддержки нашей атаке сто двадцатимиллиметровой «Ноной» и лично корректировал их. Нам дали семь мин на подавление этого опорника. Для нас это был первый настоящий штурм, по всем правилам военного искусства.

В восемь утра началась артподготовка. «Горбунок» с «Пегасом» были на связи и работали с «Ноной».

— «Пегас» — «Горбунку»?

— На приеме. Вижу разрыв. Нужно левее сорок.