Мое темное счастье

— Его добрую сотню лет никто не обгонял, — ехидно пояснил Гинс. — За исключением Глина, пожалуй.

Пожала плечами и улыбнулась.

— Так мы поплывем в Серебряный город?

Глин, откинув растрепанные пряди волос за спину, посмотрел на меня. Я кивнула, поглаживая лимфила. Русал неожиданно коснулся моей ладони и… руку словно обожгло. Боль разлилась от запястья, поднялась выше, а потом неожиданно отпустила.

— У тебя уже есть возлюбленный, — как-то печально заметил Глин.

Я испуганно дернулась, готовая сбежать от них хоть на край света прямо сейчас.

— У русалов есть особенность… Если в сердце просыпается любовь, то кто-то другой, попытавшись проявить подобную симпатию, может причинить лишь боль. Ты вот руку отдернула, потому что явно жжет. И чем сильнее, тем чувства…

Глин вдруг замер, не договорив, и внимательно посмотрел на меня.

— Тот самый темный маг, что спас тебе жизнь?

— Да.

Какой смысл скрывать, если они обо всем догадались?

Сохранила, называется, тайну…

— Расскажешь? — спросил Глин.

Его голос прозвучал совсем тихо, но чувствовалось в нем что-то непонятное. То ли переживает за меня, то ли опасается неприятностей, которые могу принести со своей любовью к темному магу.

— Нет, — ответила я.

Руки начинали дрожать, а лед снова резал по сердцу. Остро, болезненно, до крови…

Русалы переглянулись, кажется, удивленные моим недоверием, а потом отплыли, оставив со мной рядом только Глина.

— Прости за излишнее любопытство, Ариадна. Просто мы ощущали твою боль все это время, пока искали тебя, и волнуемся.

— Вы меня едва знаете!

— Разве можно пройти мимо того, кому плохо? — тихо спросил Глин. — Это от него ты уплыла, Ариадна? От темного мага?

Я посмотрела в его ярко-голубые глаза и ничего не ответила.

— Ты боишься нас? Никто из русалов не причинит зла.

— Почему я должна в это верить? — устало спросила я. — Меня еще ждет знакомство с правителем.

— Не думаю, что мой отец может кого-то напугать, — неожиданно улыбнулся Глин.

А я посмотрела на него, до меня начал доходить смысл его слов и тут же пробрал какой-то прямо истерический смех. О боги! Ну вы и шутники! Еще один принц на мою голову!

Глин удивленно приподнял брови, подплыл ближе, заглянул в глаза.

— Сколько же боли он тебе причинил, Ариадна!

— Принц Глин…

— Просто Глин. У нас не принято употреблять титулы.

— Глин, я не готова к расспросам и разговорам. Я хотела бы попасть в Серебряный город и на время не вспоминать… Мне больно, ты прав. Я слишком сильно его люблю. И уплыть…

Голос начал дрожать, я остановилась, глубоко вздохнула и приняла решение больше ничего на эту тему не говорить.

— Я услышал тебя. Позволишь предложить свою дружбу? — поинтересовался Глин, протягивая руку.

Я с опаской коснулась его ладони, но жжения не возникло.