Мое темное счастье

Я причинила твоему отцу страшную боль. Невыносимую. Он не знает, что я умру, будет меня наверняка искать. Упрямый. И мне кажется, ты будешь на него похожа. Очень. Он даже не узнал, что я — русалка. Расскажи ему. Объясни, почему я так поступила».

На этих строках самообладание мне отказало, и я расплакалась, уткнувшись в плечо Лира. А потом его руки меня отпустили и чьи-то другие, сильные, обняли и прижали к себе.

— Ариадна, — послышался совсем рядом шепот Эрангитиля. Он ласково провел рукой по волосам, явно пытаясь успокоить.

— Как же я рад еще одной дочери! Жаль, что не могу увидеть тебя.

— Вылитая Аврора, — ответил Лир. — Только глаза твои.

— Правда? — удивился эльф.

— Правда, — засмеялась Эридейле. — Добро пожаловать в семью, сестренка. Аран обрадуется не меньше.

Эльфийка пробралась к нам и, едва Эран выпустил меня из объятий, крепко обняла.

— Надо же, мы породнились с русалами! — удивленно воскликнула Силадерь, и все почему-то рассмеялись.

— А уж как Совет магов обрадуется, узнав, что я без их позволения женился на русалке, да еще и дочери владыки эльфов, — хмыкнул Лир улыбаясь.

— Я больше никому не позволю причинить боль моей семье, — решительно заявил Эран. — Думаю, мой народ примет и полюбит Ариадну.

— Еще бы! Учитывая, сколько она им удивительных деревьев сотворила, — лукаво сказал Рокот.

Все снова засмеялись, а Эран удивленно замер. Он-то не знает про вечный фруктовый сад с мотыльками."

"— Расскажешь мне? — спросил почему-то шепотом.

— Да, — ответила я.

Мы поднялись и отправились вдоль берега озера.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

— Теперь я понимаю, почему Аран смог преодолеть проклятие ведьмы. Родная кровь отозвалась, когда ты пела. Возможно, будь это другая русалка, ничего бы не получилось, — сказал Эран, когда мы обсудили и мое детство, и расспросили друг друга о маме. — Аран искал судьбу, а нашел тебя.

— Судьбу тоже, — улыбнулась я. — Надеюсь, смогу его спасти.

— Ты сильная, Ари, — отозвался отец. — И у тебя есть друзья и семья, которые всегда помогут и поддержат.

— Тебе тоже сложно смириться с потерей мамы? — не удержалась я.

— Да. Она, кстати, как и ты, любила белые розы, петь на рассвете, слушать морской прибой…

Я понимала его. Он до конца верил, что найдет, ждал…

— Позволишь мне прочесть ее письмо?

— Конечно. И браслет верну. Все лежит в шкатулке.

— Спасибо, дочь, — ответил отец.

Неожиданно остановился, прикрыл глаза.

— Я очень ее любил, Ари. И мое чувство не исчезло. Никогда и ни с кем не было так, как с ней. Прости, что не уберег…

— Папа, — прошептала я, обнимая за плечи и впервые обращаясь к нему так.

— Будем жить дальше, дочка. Нам нужно поддержать Даринель. Смешно подумать, что я скоро стану дедом, — засмеялся он.

— Уж на кого, а на деда ты не похож.

Я тоже улыбнулась.

— Ари.