5
0
Лир вздохнул и как-то устало поинтересовался:
— Чего ты хочешь от меня, Ари?
— Вызови Тезуэля на поединок. Пусть это будет по-честному, — ответила я.
Лир задумался.
— Ты уже король. И я знаю, справедлив и благороден как никто другой.
— Ари…
— Я прошу тебя, слышишь? Разве я так часто это делаю, Лир? Неужели откажешь?
Взгляд у него стал непроницаемым и каким-то жестким. Конечно, я ведь желаю невозможного. Шерантанеля Тезуэль убивал исподтишка. Но я не хочу, чтобы Лир стал таким же подлецом и убийцей.
— Ари, ты хоть понимаешь, во что ты меня вовлекаешь? Тезуэль…
Ругательства так и рвались у Лира с губ, но он сдерживался.
— Мне не страшно умереть, приняв поражение. Но ведь он не позволит, оставит в живых, а ты окажешься в его постели.
— Да нужна я ему!
— Он любит играть, моя королева.
Я вздрогнула от этих слов.
— Снять чары с его дочери так и не удалость, и ты зацепила Тезуэля своей наивностью и силой. Только слепой не заметил, как он смотрел на тебя на том проклятом балу.
Я удивленно уставилась на Лира. Мне казалось, все было иначе. Никаких поползновений в мою сторону Тезуэль не совершал, даже не пытался.
— Ари, я могу пережить что угодно, любые пытки, но не твою боль и унижение. А он ударит именно этим.
— Думаешь, я позволю тебе проиграть? — поймала себя на мысли, что Лир недавно задавал похожий вопрос. — Тезуэль мне тоже кое-что должен.
Я вспомнила окровавленную спину Лира. Взгляд моего принца стал еще более мрачным, но в нем проскользнуло удивление.
— Значит, мне просто убить его нельзя, но тебе, если я проиграю, его добить можно? — ехидно уточнил он.
Кивнула, не скрывая своих намерений.
Пальцы Лира забарабанили по столу.
— Хорошо, дайари. Если ты так хочешь — будь по-твоему. Я не стану тебе отказывать. Даже если он попадет в плен, устрою этот проклятый поединок. И ты будешь смотреть, Ариадна, — припечатал Лир.
Затем резко встал и вышел из комнаты.
Надеюсь, Тир не настолько зол и не прикончит Тезуэля раньше, чем до него доберется Лир или я… Лир-то просто убьет. А я — нет. Я сделаю с ним то же самое, что он сотворил с моим любимым мужчиной. И он умрет, лишенный магии, на глазах у всех, а его душа будет вечно скитаться в напрасных поисках небесной дороги. У всего есть цена. И за боль Лира она назначена лично мной.
На площади, где состоялось открытие состязаний, было многолюдно. На помосте установили роскошное кресло, в котором сидел орк, одетый в простую одежду, но увешенный бусами и ожерельями. Я не сразу поняла, что это и есть правитель. Лир разглядывал охрану, которая толпилась вокруг, явно что-то прикидывая, а когда из-за их спин рядом с правителем показался облаченный в строгий черный костюм мужчина, чуть сощурился.
— Жрец, — коротко бросил Лир, когда я поинтересовалась, кто этот незнакомец.
