9
0
— Почему ты так смотришь? — спросила Эдда и даже попыталась чуть смутиться.
— Потому что ты красивая. Очень.
— Врешь ведь…
— А смысл? Я от этого богаче не становлюсь…
— Я хочу поговорить с тобой.
— А разве до этого ты что-то другое делала.
— Энди, я серьезно, — чуть обиженно возразила Дженнифер, резко села, обхватив колени.
Парень тоже поднялся и хотел поцеловать ее в губы, но Джен отвернулась.
— Сколько он берет?
— Кто и что берет? — не понял парень.
— Этот твой Браун.
— Этот мой Браун берет столько, сколько это сто′ит…
— А сколько это сто′ит?
— Не больше тех денег, что он берет, — Энди не хотелось продолжать разговор. — А что тебя это так волнует?
— Я не хочу, чтобы ты занимался… — Эдда запнулась.
— Ну, говори. Чем ты не хочешь, чтобы я занимался?
— Э…
— Проституцией, так ведь?
— Да.
— Отлично. А чем я, по-твоему, должен заниматься, чтобы выпутаться из этого дерьма? Мне деньги нужны. Странно, да? Это ведь так не похоже на меня?
— Я дам тебе…
— Чу′дно, — Энди понял, что раздражается. — Ты мне дашь. На основании?
— Просто, потому что…
— Ну, смелее. Потому что я трахаюсь с тобой, так?
— Энди!
— Джен, — он хотел развернуть ее к себе, но Эдда еще сильнее отвернулась. — Джен, когда между людьми сексуально-денежные отношения, это всегда проституция. Я с тобой не трахаюсь, я занимаюсь с тобой любовью. Это разные вещи. Зачем ты хочешь все испортить?
— Я не могу думать о том, что тебе приходится…
— Это всего лишь работа. Она приносит доход, ничего больше. Мне нужны деньги, чтобы, наконец, перестать этим заниматься. Не думаешь же ты, что я мечтаю всю жизнь танцевать в этом поганом клубе? Чарли берет недешево, но, поверь, оно того сто′ит. Ради меня самого сто′ит.
— Почему ты всегда решаешь сам?
— Дженни, душа моя! Всю жизнь кто-то решал за меня! Рой решил дважды! Капли Дождя решает до сих пор! Даже Дав, и тот, решает! Да, и ты тоже решала, разве нет? Я — взрослый мальчик уже, и в состоянии думать, что и как мне делать сам! Прими это!
— Не могу.
— Тогда не принимай, но это ничего не изменит.
Он повзрослел и изменился с тех пор, как вернулся. Дженнифер давно это поняла. В нем что-то сломалось, и это душит его. Он улыбается только тогда, когда видит, что на него смотрят, а после вновь уходит в себя. Мгновенно. Миссис Эдда много раз спрашивала, что произошло, а он всегда неизменно отвечал, что так лучше для всех. Он ни разу не посетовал, ни разу не пожаловался, но она-то видит, чувствует. То, что он делает — для того, чтобы скрыть в себе самого себя. Сломленного, слабого, неуверенного. Он вздрагивает ночами, мучаясь кошмарами, лепечет какой-то бред, но все чаще и чаще зовет Маккену.
