Глупый вопрос без ответа: «Если не секрет, для кого это»? Такой же глупый ответ: «Для того, кого даже это недостойно». Еще один вопрос, вскинутый взгляд словно пытает: «Значит, ему тридцать семь»? Честный ответ: «Всего лишь». «Видно, вы сильно его любите». «Если не пробовали, не поймете».
Энди оплатил доставку. Определенную. Ничто не должно быть перепутано. Ни время, ни порядок действий…"
"Двадцать первое декабря. «Стив, я поздравляю тебя», — прошептал Энди, едва приоткрыв глаза. — «Будь счастлив. Сегодня же твой день». А потом загрустил. У него самого, наверное, тоже есть день рождения, но его нет… не было столько лет… и не будет никогда… Он — гражданин мира.
Ни документов, ни возраста, ни дома и даже ни дня рождения. Так, ничто, заполненное чем-то. Исчезнет, потеряется, никто и не заметит. А был ли?
В кафе все по-старому. Те же подносы с посудой, те же унылые недоспавшие люди. Они не радуются. Жаль их. Искренне жаль. У Стива день рождения. Тридцать семь, а они не знают. Ничего не знают. А у Роя вчера была дрожь, если не сказать, что его трясло. Пять тысяч. Неужели он и правда думал, что мальчишка возьмет? Простыни.
Какое это удовольствие, когда они есть. Плевать на картонки, потому что у Роя в доме… у Роя… в доме… Черт побери! Энди почувствовал внутри себя стержень. Он вошел через темя, прошел насквозь… Как-то опять больно. Вытащишь его, и хлынет пораненная душа. Ничего он не пережил! Ничего не хочет понимать уставшее тело! Сердце, то второе, которое он рвал безжалостно, бьется в доме Роя! Кровоточит! Воет! Рой держит его в кулаке, сжимает. Ему тоже больно, потому что Энди в обмен забрал его сердце. Маккена стоит сейчас у окна, и ему тоже плохо.
Все запутано. Забрызгано почерневшей невидимой кровью… Безысходность. У Стива день рождения. Он тоже стоит у окна. И ему больно. Сражение проиграно. Победивших нет. Выживших тоже. И уже неясно, что за цель у него была. Флагштоки с лозунгами сломаны… Холодное зимнее солнце с ужасом взирает с высоты на эти человеческие останки… Клочья душ…
Вечер устало льется в ночь. В клуб валит народ. Веселый. Безразличный. По полу стелется пенный туман. Маскарад в белье начинается. А Стиву погано. Ой, как погано! И Рою погано.
Ломает себя. Должен собраться, засунуть все, что болит, как можно глубже и ехать. А оно не засовывается. Как назло, прорывается и сочится. Проблема может быть решена на время. Литр виски и все, но он не пьет уже почти неделю. У него из головы не идет Энди. Как он мог отпустить мальчишку? Почему не остановил? Не привязал к кровати, не приковал к батарее, не заставил остаться? Рою кусок не лезет в горло. Пытался запихивать, все равно не лезет. О парнишке думает, не переставая. «…легкие кроссовки.
15
0
