Метро. Трилогия под одной обложкой

Когда Артем закрывал глаза, перед ним снова вставала эта картина…

Он видел забаррикадированный изнутри кабинет начальника станции и его хозяина, уткнувшегося лицом в стол, сжимающего в руке «макаров». Разумеется, с простреленными навылет ушами ему не слышно надрывающийся телефон. Те, снаружи, так и не сумели взломать дверь, но замочные скважины и щели остаются открыты. И отчаянное дребезжание старого аппарата проникает сквозь них, ползет над платформой, заваленной распухшими трупами… Когда-то телефонные звонки было не расслышать из-за неумолчного гомона толпы, шороха шагов, детского плача, но сейчас, кроме них, мертвых не тревожит больше ни один звук.

Мигает багровое зарево от агонизирующих аварийных аккумуляторов.

Звонок.

Еще звонок.

Тысяча пятьсот шестьдесят третий. Тысяча пятьсот шестьдесят четвертый.

Никто не отвечает.

Глава 11. Дары

– Докладывай!

Что-что, а застать врасплох он умел превосходно. В гарнизоне о командире ходили легенды: бывший наемник славился искусством обращения с холодным оружием и своей способностью растворяться в темноте. Когда-то, еще до того, как осесть на Севастопольской, он в одиночку вырезал целые вражеские блокпосты, стоило дозорным проявить малейшее легкомыслие.

Артем подскочил, прижимая трубку к уху плечом, отдал честь и с некоторым сожалением прекратил отсчет. Командир подошел к листку дежурств, сверился с часами, напротив даты – третье ноября – поставил отметку: девять двадцать две, расписался и обернулся к Артему.

– Тишина. В смысле, никого нет.

– Молчат?.. – Командир пожевал; разминая мышцы, хрустнул шеей. – Не поверю.

– Во что не поверите? – опасливо уточнил Артем.

– В то, что так быстро Добрынинскую накрыло.

Что же, эпидемия уже в Ганзе? Ты представляешь себе, что должно было начаться, если Кольцо поражено?

– Но мы ведь не знаем, – неуверенно отозвался Артем, – может, уже и началось. Связи ведь нет.

– А если провода повреждены? – Командир нагнулся, побарабанил пальцами по столу.

– Было бы как с базой. – Артем мотнул головой в сторону туннеля, уходящего к Севастопольской. – Набираю – вообще все глухо. А тут хотя бы гудки идут. Техника работает.

– А базе мы, видимо, не нужны, раз к воротам больше никто не приходит. Или нет просто уже никакой базы.

И Добрынинской тоже нет, – ровно произнес командир. – Слушай, Попов… А если там никого не осталось, то и мы все скоро передохнем. Никто нам на помощь не придет. И карантин наш тогда ни к чему. Может, ну его к черту, как считаешь? – Он пожевал снова.

– Никак нет, карантин необходим, – испуганно открестился от такой ереси Артем, вспоминая манеру командира сначала стрелять дезертирам в живот, а потом зачитывать им приговор.

– Необходим, – задумчиво повторил тот. – Сегодня еще трое заболели.