Меч Томаса

– Вот и я о том.

По мере спуска сладковатый запах усилился настолько, что запершило в горле, на стенах появились блестящие капли, но при ближайшем рассмотрении оказалось – это не капли, а мельчайшие вкрапления камней. Они блестят в свете ламп, будто утренняя роса.

Ратник заметил, не сбавляя скорости:

– Богато живут, если стены алмазами усыпаны.

– Это не алмазы, – отозвался через плечо Олег. – А слюда. Ею специально покрыли стены.

– Чтоб мерцало? – не понял ратник.

Волхв пояснил:

– Чтоб света больше получалось.

Протяжное мычание Савмака сообщило о его глубокой впечатленности, он замолчал и теперь бежит вниз по ступенькам, разглядывая блестящие стены.

Спустя еще некоторое время затяжного спуска ламп по стенам стало больше, их чад смешался с приторным ароматом. Савмак недовольно сопит, морщится и бормочет что-то о непристойных мужах, которые зачем-то натираются и зловоняют благовониями. Послышалось отдаленное эхо, Олегу почудилось, что это отзвуки их шагов, но по мере продвижения, эхо становилось громче и вот уже отчетливо слышны протяжные песнопения акапельного хора.

Ратник оббежал Олега, его спина согнулась, шаги стали острожными и бесшумными.

– Эт кто там поет? – шепотом спросил он через плечо, продолжая внимательно вглядываться в освещенный лампами полумрак спуска.

Олег пожал плечами и предположил:

– Послушники?

– Такими тонкими голосами? – изумился Савмак. – Э не, так только девы поют. Но что девы делают в таком страшном месте?

Впереди показалась темная арка входа, откуда доносятся разливистые пения на разные голоса, эхо красиво разносится по коридорам и поднимается под самый потолок.

Олег замедлился, его шаги стали бесшумными.

– Давайте войдем незаметно, – предложил он.

Савмак оглянулся на него, секунду брови шевелились, лоб морщился, а в глазах светилась непривычная для ратника задумчивость. Через миг его лицо разгладилось и просияло, он поднял меч и проговорил воинственно:

– Поздно таиться, пастор. Нам все одно здесь не скрыться.

Олег не успел воспротивиться, только Люсиль тихо охнула, когда ратник с победным кличем вскинул меч и скрылся в темноте арки.

– Я ж не так хотел, – раздосадованно выкрикнул Олег и кинулся следом."

"Когда он ворвался в зал, ратник уже направо и налево бился с послушниками. Те окружили его, как саранча, и нападают со всех сторон. Зал круглый и широкий, полумрак освещен масляными лампами с желтым светом. В середине по кругу на пяти каменных постаментах малые копии легендарных артефактов – Копья, Чаши, Камня и Льда. Но пятый артефакт на центральном постаменте, и только он самый настоящий Меч. Постаменты подсвечены, артефакты сияют нечеловеческим светом, а внутри круга четверо жрецов в желтых сутанах и один в красной.