Любимая игрушка Зверя

Понимает наконец, что с таким противником тягаться не стоит. Сомнет и не заметит, будто катком пройдется.

Чемпион по боям без правил. Первый в этом кровавом и безжалостном спорте. Бешеный и безумный воин, не ведающий поражений.

Однажды Миша узнал силу его удара. Вряд ли захочет испытывать удачу снова. Даже гнев не затмит инстинкт самосохранения. Или я ошибаюсь? Недооцениваю масштаб ярости, которая захлестывает супруга?

- Заставь меня уйти, - тихо произносит Никита.

И эта фраза воспринимается гораздо серьезнее, чем если бы он орал и сыпал угрозами. Опасность. Острая, явная, неприкрытая. Мой пульс впадает в абсолютное неистовство. Тело прошибает ледяная испарина, плоть моментально раскалывает на части озноб.

- Пожалуйста, - выпаливаю и вскакиваю на ноги, приближаюсь к мужчине, цепляюсь дрожащими пальцами за крепко сжатый кулак. – Не надо.

Он смотрит на меня и криво ухмыляется, буквально скалится. Качает головой. А после поворачивается к Михаилу.

- Ты подпишешь документы на развод, - чеканит мрачно. – Сегодня же. Мой юрист прибудет сюда через час. Чтоб без фокусов, без всякого дерьма.

- Нет! – восклицает муж. – Ничего я подписывать не стану. Ирина моя законная жена. И пусть у нас есть проблемы, это не значит…

- Ирина моя женщина, - обрывает хлестко.

Супруг застывает, не решается ни единого слова произнести. В его глазах вспыхивает боль, которую он не пытается скрыть. Губы белеют, подбородок дрожит.

Не помню, чтобы прежде видела Мишу таким. Слабым? Беспомощным? Уязвимым? Долгое время муж казался для меня идеалом мужчины.

А теперь я смотрю на него. Прямо. В упор. Смотрю и совсем не узнаю человека, которого полюбила, еще давно, самой первой и невинной, чистой любовью. Смотрю и тщетно ищу утраченные черты.

Интересно. Что сам Михаил видит? Шлюху? Падшую женщину? Блудницу, предавшую семью?

Он все понимает. Осознает, хоть и с опозданием. До него доходит тот факт, что не лгала, говорила чистую правду про свою измену.

- Миша, - произношу я. – Тебе лучше уйти.

- Ира, нет, - шепчет он, мускулы его лица нервно дергаются. – Ты сама сказала. Это моя квартира. Я могу здесь жить. Я…

- Я ошиблась, - поджимаю губы, сдерживаю рвущиеся наружу слезы. – Уйди, пожалуйста. Прямо сейчас уйди. Я не могу тебя видеть. Не хочу. Прошу, убирайся подальше.

- Нет-нет, - лихорадочно мотает головой. – Ты не можешь так со мной поступить. Ты не можешь…

- Оглох? – резко спрашивает Зверь. – Проваливай. Живо. Делай, что она сказала. Или помочь?

- Ира, - запинается. – Я собраться должен. Мне вещи нужны. И вообще…

- Ну ты где-то жил без вещей, - истерически усмехаюсь. – Целую неделю продержался. Значит, не пропадешь, справишься как-нибудь.

- Двигай отсюда, - отрывисто произносит Никита.