Любимая игрушка Зверя

- Она моя, - заявляет холодно и жестко. – Забудь, что у тебя жена была.

Крупные ладони по спине проходятся. Границу не переходят, ниже поясницы не опускаются. Вроде бы все выглядит прилично. Только ощущение гадкое. Точно собственность меня помечает, клеймит. И я не против. Однако когда мы вдвоем. В темной подсобке. В ограниченном пространстве лифта. За ширмой в кабинете гинеколога. В любом месте. Но без посторонних зрителей, без свидетелей, без лишних наблюдателей.

Наедине. Тет-а-тет. Все ему готова позволить. На все согласна. А здесь и сейчас зарождается бунт, мятеж.

- Ира, - хрипло роняет супруг. – Наврала мне? Ну про ту ночь. Выходит, Кирпич был прав? Зря ему ряху начищал? Выходит, ты… ты еще тогда?

- Нет, - отвечаю сдавленно. – Тогда – нет."

"- Отлично, - голос мужа дрожит от ярости. – Значит, потом. Давай, расскажи все подробности. Детали обрисуй. Ты меня в деле видела. Прямо под Тинкой. А я ваш спектакль пропустил. Вперед. Выкладывай, как рога наставляла.

- Миша, - бормочу через судорожный вдох. – Прекрати, пожалуйста. Остановись, пока не стало слишком поздно. Хватит уже. Прошу тебя.

- Хватит? – истерический смешок режет слух. – Поздно?

Горячие объятья дурманят разум. Едва ли соображаю, отдаю отчет в происходящем. Руки этого мужчины действуют на меня самым порочным и греховным образом. Пара секунд и я уже ему все прощаю. Мальчишеский поступок, самоутверждение за мой счет, желание получить очередной трофей в коллекцию.

Зверь не привык, что ему отказывают. Не привык упускать вещи, которые присвоил и отметил лично. Быть его игрушкой – тюремный срок без права на амнистию.

- Бред! – вдруг орет Михаил. – Ты и он. Полный бред. Я не верю. Просто не верю. Это что? Это розыгрыш такой? Вы специально сговорились? Хотите поиздеваться?

- Пасть захлопни, - ледяным тоном приказывает Никита.

Мое тело горит под его пальцами. Естественная реакция. Ничего не исправить, не изменить, не побороть. Но кровь в жилах стынет от неприкрытой угрозы. Давящее чувство сковывает изнутри, как в железных тисках сжимает.

- Послушай, ублюдок, - цедит супруг, потеряв ощущение реальности, не заботясь о том, чтобы адекватно оценить расстановку сил. – Это мой дом. Я тут хозяин. И это моя жена. Моя. Ясно тебе? Убирайся. Проваливай отсюда. Пошел вон. Или я ментов вызову. Тогда пробкой вылетишь, силой тебя вышвырнем. У меня есть пара важных приятелей. Лучше со мной не связываться. Вот по-хорошему свали!

Зверь мягко отстраняет меня, усаживает в кресло, которое находится за его спиной, будто ограждает от зарождающегося посреди комнаты шторма, прячет от надвигающегося на нас конфликта. А потом делает шаг в направлении Михаила.

Всего один шаг. Короткий. Но жуткий.

Муж отшатывается. Невольно. Будто резко очнулся от смелости.