Любимая игрушка Зверя

Судороги пробегают по ногам, спазм выкручивают мышцы.

Жидкая сталь струится по жилам. Жидкий огонь. Отрава. Гремучая и кипучая. Насквозь токсическая.

Я теряю сознание. И обретаю заново. Погибаю. И оживаю. Сотню раз. Не меньше. А может и больше. Я дохожу до грани и дальше, за грань, в пропасть проваливаюсь.

Все резко обрывается.

Никита отстраняется.

- Нет, нет, - выдаю сдавленно.

- Ну «нет» значит «нет», - издевательски заключает он совершенно спокойным и безразличным тоном, будто сам не испытывает особого желания продолжать.

- Ник, - вспыхиваю, тянусь к нему, приподнимаюсь, провожу ладонями по мускулистому животу, пытаюсь пробраться под футболку.

Зверь жестко перехватывает мои руки, отодвигает от себя.

- Ляг, - раздается ледяной приказ. – И раздвинь ноги.

Подчиняюсь. Лихорадочный озноб колотит, не зная милости. Пот прошибает тело, покрывает кожу липкой испариной.

- Ближе к краю, - очередное холодное распоряжение. – Двигайся. Давай.

Выполняю то, чего он хочет. Послушно покоряюсь требованию.

- Спину выгни, - повелевает резко. – Сильнее. Еще.

Пальцы прикасаются к той серьге, которая находится на моем животе, оттягивают украшение ниже. Драгоценности царапают кожу, однако я не ощущаю ни боли, ни дискомфорта. Слишком пьяна эмоциями.

Никита сдергивает серьгу с той цепи, которую сам создавал. А в следующий момент россыпь бриллиантов в золоте прижимается ко мне. Вдавливается в разгоряченную влажную плоть.

Глаза распахиваются настежь. Бедра подрагивают. Но я боюсь даже дернуться. Цепенею. Замираю. Застываю в развратной позе. Опасаюсь шевельнуться.

Зверь доводит меня до оргазма, прижимая самый крупный бриллиант к моему клитору. Давит и давит в единственной точке, от чего электрические разряды прошивают тело. Действует четко и методично.

Такие холодные камни. Хоть и вобравшие мое тепло. Равнодушные, безразличные. Как мой мужчина сейчас. В это конкретное мгновение. Удовольствие есть. Но исключительно физическое. Облегчение. Разрядка. Выброс энергии, которые не дарит истинное наслаждение.

Я думала, будет иначе. Я думала…

- Ты такая маленькая, - говорит Никита, склоняется надо мной, проводит тыльной стороной ладони по щеке. – Хорошая. Добрая. Искренняя.

- Нет, я… - пытаюсь возразить.

- Я буду делать с тобой очень плохие вещи.

- Делай, - выдаю чуть слышно. – Зачем предупреждаешь?

- Хочу сберечь, - его губы почти дотрагиваются до моих. – Но удержаться выше моих сил. Ты должна узнать, что мне нравится."

"Зверь поглаживает мои бедра. Медленно, нежно, с благоговейным трепетом. Будто прикасается к священной реликвии.