Королевская кровь 10. Стальные небеса

Склонилась, глядя в его безумные глаза, потерлась об него, закусив губу и чувствуя, как он меня заполняет, — и тут он не выдержал, застонал, задвигался снизу, схватив меня за бедра и заставив вспомнить, как же это невозможно остро и безумно хорошо — любить такого, как Люк.

Громкое дыхание. Взгляд глаза в глаза. Испарина, покрывшая наши тела. Поцелуи-ласки и поцелуи-укусы.

Медленное, тягучее раскачивание — и мечтательная полуулыбка на его губах. Почти ожесточенная скачка — и его хрип, и жилы, очерчивающие напряженную шею, и засиявшие мягким светом глаза, и мой всхлипывающий шепот: ""Люк, Люк, Люк""

Близость наша была громкой, влажной, очень порочной и земной — и в то же время настолько бережной, полной такой сокровенности, что у меня дыхание перехватывало.

Мы рассказывали до боли переплетенными пальцами, как невыносимо, бесконечно нужны друг другу. Просили прощения самыми интимными прикосновениями, покорностью и открытостью. Вжимаясь кожа к коже, узнавали по перестуку сердец, что так будет всегда — до конца веков я принадлежу ему, а он — мне, и ничто этого не изменит.

Мы отдыхали на ложе из драгоценных украшений, горячих и скользких от наших тел, вымотанные, расслабленные, пьяные от прошедшего удовольствия; легко касались друг друга, что-то бормотали нежное, глупое, смеялись — и вдруг ласки снова становились требовательнее, а дыхание — чаще, и непонятно, кто первый тянулся к другому, чтобы утолить вновь проснувшийся голод.

* * *Я, не в силах пошевелиться, улыбалась в потолок, раскинувшись на кровати, а муж лежал, повернувшись на живот, и легко гладил меня под грудью.

— В браке определенно есть свои плюсы, — едва слышно пробормотал Люк.

— Угу, — отозвалась я, жмурясь.

— Мне еще никогда не было так легко, детка. — Голос его был таким сонным и умиротворенным, что хотелось смеяться.

""И мне"", — попыталась сказать я, но язык не ворочался. Я вся была полна упоительного, теплого счастья, и страшно было двинуться, чтобы не потерять это ощущение.

Но тело остывало и все сильнее ощущались украшения под спиной. Я с усилием повернула голову — Люк дремал и лицо его было спокойным и мирным. Кольцо с крупным изумрудом впивалось ему в плечо, из-под груди виднелось сплетение ожерелий, но мужу это ничуть не мешало.

Я поерзала, повернувшись на бок, кое-как отгребла из-под себя браслеты, колье и кольца, обхватила Люка за руку и замерла, рассматривая его.