8
0— Это можно сравнить с тем, что по твоей кухне ходит мужик без трусов и тыкает при каждом неудобном повороте тебе в лицо то передом, то задом.
— Ой, фу… — кривлюсь я, — ну Кать…
— Имей уважение к девочке. Объясни своей… даме, что трусы надо чем-то прикрывать, когда в доме есть кто-то, кроме её любовников. Это, кстати, касается не только Ляйсан, но и нашей дочери. Я против того, чтобы она лицезрела стриптиз. Узнаю, что здесь публично оголяются какие-то тёлки — больше она здесь не появится.
Господи, в чём ты там притащилась так не вовремя?
Разворачиваюсь. Опять трусы видно…
— Алла, ну я же просил!
— В своём доме я буду ходить так, как хочу! — психует Алла. — Почему она мне указывает?!
— А я тебя предупреждала, Гаранин, что стриптизёршу из женщины не выжечь. Это не профессия. Это культурный уровень.
Да-да… Ты всегда права! Я очень старался, но всё бесполезно. Ну что мне теперь?!
— Тимур! — взрывается Алла.
— Брейк! — поднимаю я руки. — Алла, можно тебя…
Подхватываю её за локоть и тащу подальше от кухни. Когда Катя в гневе, лучше не вставать в позу. Раскатает! Особенно — по делу. Катя — не самая лёгкая барышня….
— Чтобы больше в трусах не выходила! Ясно?! — сдавленно рявкаю на Аллу.
— Раньше что-то тебя не парило!
— Раньше мы жили вдвоём! Ты чувствуешь разницу??
— Ненавижу тебя! — срывается на истерику и слёзы. — Ты всем позволяешь меня оскорблять!
— Ты себя оскорбляешь сама! — тихо, но гневно рычу я. — Своими дешёвыми выходками! Хочешь ходить перед людьми в трусах — двигай обратно, на шест! Там это уместно. В комнату!!
Возвращаюсь на кухню. Катя делает несколько глотков кофе и отставляет чашку.
— Ну а вообще как дела у тебя?
— В мыле… Надо раскручивать бизнес. Пашем с Костей.
— А Ренат?
— После смерти мамы, — качаю я головой, — всё только хуже и хуже. Бабло в казино проиграл. Свою долю с проданной квартиры. Если бы не её последняя просьба, выставил бы его к чертям и забыл, как звать! Но опустится же… Мама очень этого боялась. У вас как дела?
— А мы третьего ждём… — с улыбкой поджимает губы.
— Да?.. Поздравляю… — улыбаюсь я, пытаясь скрыть лёгкую тоску.
Время, когда Катя была беременна, было самое счастливое в моей жизни. Она была мягче… А я просто летал от восторга, что буду отцом. Энергии было немерено, и всё получалось. Куда всё это делось?..
— Так… — поднимается она. — Проводи меня.
Дает мне ещё кучу указаний насчёт всяких женских премудростей, о которых Ляся может постесняться попросить или сказать. И я бы точно про них не вспомнил! Ещё раз благодарю её. Прощаюсь. И возвращаюсь в дом. Время — десять. Брат раньше часа не соизволит подорваться.
— Алла! — рявкаю я из кухни, делая девочкам чай с молоком и выкладывая на блюдца зефир.
— Что?
Ну наконец-то одета.
