6
0
Ну что так убиваться-то? Знала бы ты все мои проблемы! А у тебя какие проблемы? Ешь, спи, читай, телек смотри…
— Вот и умница. Ты меня не бесишь, и тогда у тебя всё будет хорошо. И у меня.
Смотрю на часы. Десять минут осталось до назначенного времени сделки. А потом у владельца самолёт до Тель-Авива — и до свидания, моя «Жемчужина».
Скидываю смс, что подъезжаю. Вылетаю на пятую полосу, на обочину, обгоняю пробку. Резко торможу на парковке. С сомнением смотрю на эту Ляйсан. Её же в машине оставить страшнее, чем ребёнка! Но и с собой в этой парандже тащить не вариант. Ещё подумают, шахидка какая-то.
— Сидишь в машине, не выходишь. Буду через минут сорок. Хорошо?
Кивает.
— Номер телефона мне свой скажи, — открываю телефонную книгу.
— Нет телефона…
— Плохо, Ляйсан! — закатываю я глаза.
— Извините, — опускает взгляд.
— Хватит, а? — становится мне тошно. — Просто посиди. Скоро приду. Воды хочешь?
Достаю пластиковую бутылку из бардачка. Её колени аккуратно отъезжают в сторону, чтобы я не коснулся их.
Это тоже раздражает, как и всё остальное. Но при чём тут она?
— Если можно…
Отдаю бутылочку.
— Музыку включить?
— Не знаю, — срывается её голос.
Достаю из кармана в сидении Маруськин планшет.
— Умеешь пользоваться?
— Умею.
Не совсем дремучая, значит, барышня. Это радует.
— Пользуйся, — кладу на колени.
Придерживает, чтобы не соскользнул.
— Вкладки только не закрывай, а то хозяйка разгневается.
Ухожу, захватив портфель с деньгами. Владелец попросил наличкой.
Пока оформляем сделку, всё время нервничаю, словно и правда оставил ребёнка в машине. Но она же совершеннолетняя барышня. Или — нет?! Окатывает вдруг меня страхом. У них, наверное, и в пятнадцать отдают с разрешения родителей. С шестнадцати так точно! Достаю её паспорт. Листаю на страничку с датой рождения. Выдыхаю. Восемнадцать. Совсем недавно… Перевожу взгляд на фотку. Там худенькая глазастенькая девочка лет тринадцати-четырнадцати. Ну, логично, да. В четырнадцать же паспорт получают? А меняют только в двадцать.
— Тимур Алексеевич, распишитесь.
Поглядывая в окно на свою машину, ставлю подписи. Отдаю деньги. Забираю документы.
Всё! Свершилось! Теперь главное, не облажаться.
Покупаю себе энергетик. Он немного усмиряет абстиненцию, но вздрючивает ещё сильнее.
Так, а теперь домой, раздавать ремня.
Или выхватывать. Тут как пойдёт.
Возвращаюсь в машину. Оглядываю свою «шахидку». Вроде бы всё в порядке. Делаю глубокий вдох. Пора ехать.
На светофоре бросаю взгляд на её руки. Аккуратные короткие ноготки. Никакого лака. Как у девочки. Пальцы нервно сжимают так и не открытую бутылку воды. Надо её временно изолировать, пока перебесится Алла. И надо как-то учить её автономности. Мне только ещё одного ребёнка в доме и не хватало!
— Короче, так.
