0
0
- Вы уж простите, брат мой с супругой да гости дорогие. Песню хочу спеть необычную, от наставницы моей, Яры-воительницы, как-то услыхала. Может и не совсем подходит под веселое событие, но не серчайте. Больно уж хороша песня, и словами, и смыслом. И не про вас, дорогие мои, она вовсе. Вам – счастия желаю без меры.
Музыка заиграла осторожно, словно боясь спугнуть. И под сводами горницы зазвучал сильный голос, неожиданной глубины:
Надо мною - тишина,
Небо полное дождя,
Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.
Под холодный шепот звезд
Мы сожгли последний мост,
И все в бездну сорвалось.
Свободным стану я
От зла и от добра,
Моя душа была на лезвии ножа.
Я бы мог с тобою быть,
Я бы мог про все забыть,
Я бы мог тебя любить,
Но это лишь игра.
В шуме ветра за спиной
Я забуду голос твой,
И о той любви земной,
Что нас сжигала в прах,
И я сходил с ума...
В моей душе нет больше места для тебя!
Я свободен, словно птица в небесах,
Я свободен, я забыл, что значит страх.
Я свободен с диким ветром наравне,
Я свободен наяву, а не во сне!"
"Надо мною - тишина,
Небо полное огня,
Свет проходит сквозь меня,
И я свободен вновь.
Я свободен от любви,
От вражды и от молвы,
От предсказанной судьбы
И от земных оков,
От зла и от добра...
В моей душе нет больше места для тебя!
В установившейся тишине было слышно, как смялся в руке драгоценный бокал. Каганчи Джанибек с шипящей руганью на валорском отбросил испорченную вещь. Желваки ходили на высоких скулах, пока он стряхивал с себя капли хмельного напитка. Инкрустация из мелких камней знатно ободрала ладонь, но он не обратил ни малейшего внимания. Каган, обменявшись с княгиней Дивляной вопросительными взглядами, перевел глаза на взбешенного Джанибека.
Положение спас, как ни странно, Ришад. В повисшей после песни тишине встал и зычно произнес.
- Что ж, и я свободен, как ты пела, княжна Смирена. Благодарю за песню и обещаю, что теперь петь ее буду часто. Уж больно она про мою жизнь. А сейчас, дозволь, покажу наш валорский танец с саблей!
Закончившая петь, но отчего-то бледная Смирена, лишь молча кивнула и присела на ближайшую лавку к потеснившимся подругам.
Музыканты у валоров были свои, оттого заиграли звонкую боевую мелодию не задумываясь. Нур-бейлюк вышел в центр зала, невольно притягивая взгляды ростом и статью. Одет богато, но без лишней вычурности, токмо ножны каменьями сияют, а, судя по потертости рукояти сабли – неоднократно был в бою. Начал танец, особо не задумываясь. Удивительно легко для его комплекции двигался воин, то медленно поводя, то переходя, вслед за мелодией, на череду быстрых ударов.
- Стой, куда..? - раздался сердитый шепот. Да только поздно.
