Хроники Заводной Птицы

Ящик для обуви в прихожей, общий туалет, маленькая кухня – типичное жилье студентов и служащих-холостяков. Однако этот дом казался необитаемым. Из него не доносилось ни звука, не было заметно никакого движения. Табличку с именами жильцов с отделанной пластиком двери кто-то оторвал, и на этом месте осталась белая полоска, длинная и узкая. Послеполуденная жара еще не спала, но все окна в доме были плотно закрыты, шторы опущены.

Может, этот дом, как и соседние, скоро снесут и в нем уже никто не живет? Если так, то что парень с чехлом от гитары тут делает? Когда он вошел, я стал ждать, не откроется ли какое-нибудь окно, но в доме ничего не шелохнулось.

Бродить туда-сюда по безлюдной улочке до бесконечности невозможно, поэтому я тоже подошел к двери и толкнул ее. Она действительно оказалась незапертой и легко отворилась. Я постоял в проходе, пытаясь разобраться, что к чему, но в полумраке не смог толком ничего рассмотреть. Все окна закупорены, душно и жарко. Стоял запах плесени – похожим воздухом я надышался в колодце. От жары рубашка под мышками промокла насквозь. За ухом скатилась капля пота. Чуть поколебавшись, я решился войти и тихо закрыл за собой дверь. Думал по табличкам на почтовых ящиках или ящике для обуви (если бы их обнаружил) определить, живет еще здесь кто-нибудь или нет. Но тут понял, что в помещении кто-то есть. И этот кто-то не сводит с меня глаз.

Справа, рядом с входом, возвышалась какая-то штуковина, похожая на ящик для обуви. Человек, похоже, скрывался в ее тени. Затаив дыхание, я вглядывался в полумрак. Это был тот самый парень с чехлом от гитары. Наверное, спрятался за этим ящиком, как только вошел в дом. Сердце стучало где-то у самого горла как молоток, забивающий гвоздь. Что он здесь делает? Ждет меня? Или…

– Привет, – выдавил из себя я. – Я хотел спросить…

В этот момент что-то со страшной силой обрушилось на мое плечо. Что это? Удар был такой сильный, что в глазах потемнело. Я остолбенел и в следующую секунду все понял. Бита. С проворством обезьяны парень выскочил из-за ящика и врезал мне бейсбольной битой. Пока я стоял в полном замешательстве, он снова поднял биту и ударил меня. Я хотел увернуться, но было поздно – на этот раз удар пришелся по левой руке. На какое-то мгновение она онемела. Боли не было. Просто я перестал ее чувствовать, словно рука без следов растворилась в воздухе.

Не успел я подумать, как моя нога почти непроизвольно поднялась и ударила парня. В школе один мой приятель, у которого был какой-то дан по каратэ, научил меня элементарным приемам, хотя официально ни в какой секции я не занимался. Изо дня в день он отрабатывал со мной удары ногами.