6
0"
"– Да ну? И зачем же нам посредники, возьми кнут в свои изнеженные ручонки. Оба получим массу новых впечатлений, – одарив её оценивающе-пошлым интересом, он обличительно прищурился: – Не пытайся меня запугать. Я вижу разницу между тем, кто готов причинять боль, и тем, кто просто зазря сотрясает воздух. И если до тебя всё-таки дошло, что сработаться нам не вариант, давай к делу. Мне нужна моя арена, и ничего больше. Так что завтра с утречка резво подберёшь юбки и побежишь продавать меня тому, кто понимает отличие бемгишей2 от танто3.
Не такого разговора Сандра ожидала и не подобных ультиматумов.
– Заканчивай хамить мне и пытаться указывать, – повысила она тон, как можно более строго сверкнув глазами.
– Ну и дура. Я бы за пару боёв вернул тебе все потраченные на меня деньги.
– И не смей меня перебивать! – Сандра чувствовала, как краснело от напряжения её лицо, но всё же пришлось напомнить рабу главную угрозу: – Ты будешь служить так, как мне будет угодно. Или я пойду с твоим контрактом не на невольничий рынок, а к судье. Ты прав, я сама не стану мараться об твою грязную шкуру. Тебя просто выбросят догнивать дни в угольной шахте, великий и непобедимый Дьявол.
Чего она точно не могла предвидеть – что вместо покаяния раб неуловимым движением метнётся вперёд и резко схватит её за горло. Безупречно быстро найдёт большим пальцем точку бешено затрепетавшего пульса и так перекроет дыхание, что подкосятся колени. Она и пикнуть не успела, не то, что отклониться, и смогла только безуспешно вцепиться ногтями в каменно твёрдую грубую руку, пытаясь разжать стальную хватку. Очки свалились с носа и звякнули, разбившись об пол.
– Смелая пташка, – прошипел раб, нависнув над ней и уничтожая почерневшим от ярости взглядом, пока Сандра судорожно пыталась поймать воздух ртом, становясь пунцовой от ужаса и беспомощности перед этой звериной силой.
– И… нико…гда больше… не вер…нуться на ар…рену, – через жуткое, болезненное усилие прохрипела Сандра.
Хватка раба дрогнула, чуть сузился ненормально затопивший серую радужку зрачок.
