4
0
Он морщится, ставит чайник, а сам садится на стул и начинает есть суп прямо из контейнера.
— Мне кажется, у нас с тобой уже нарушены все возможные личные границы, — хмыкает грустно. — Поэтому, конечно, ты имеешь право знать. Инга — моя бывшая девушка. Когда-то давно у нас случилась некрасивая история. Я очень долго отходил от нее, а сейчас увидел Ингу, и все вернулось на круги своя.
— Это та девушка, которая изменила тебя?
Качает головой:
— Я уже не знаю, кому и чему верить, Аделия. Какая-то совершенно дикая история.
— Уверена, вы сможете разобраться со всем, — замираю, не зная, стоит ли говорить дальше. — Она так на тебя смотрела, Никит. Там столько боли было в этом взгляде.
— Угу, — понуро. — И пришла она с твоим бывшим мужем.
— Рома сказал, что Инга помогла ему попасть на вечер. Говорил, между ними ничего не было и нет.
— Может и так.
От солнечного Никиты не осталось и следа. Он потух буквально на глазах. Сижу с ним какое-то время. Разговариваем по-дружески обо всем на свете. Я пытаюсь поднять ему настроение как могу.
Около восьми вечера ухожу к себе. Спускаюсь по ступенькам, задумчиво прокручивая в голове все недавние события. На последней ступени замираю. Рома стоит возле квартиры и жмет на дверной звонок.
Что он тут делает? Неужели Виктория Сергеевна рассказал ему о том, что видела сегодня? Нет, она не могла так поступить.
Рома оборачивается на шум и замирает, окидывая меня взглядом. Еще бы. Я в домашней одежде, на мне все равно что написано, где я была и с кем. Но оправдываться или доказывать что-либо не собираюсь.
— Привет, — здороваюсь первая.
— Привет, — Рома откашливается, его щека дергается.
Надо отдать ему должное, он старается держать себя в руках.
— Зачем приехал? — спрашиваю беззлобно.
— Мама просила передать тебе гостинцы, — протягивает мне пакет.
Заглядываю внутрь и пытаюсь забрать.
— Я занесу, — не отдает мне. — Он тяжелый. Там клюква, большая банка меда и еще бог знает что.
Вижу на его лице подобие неуверенной улыбки.
— Пойдем, — киваю на дверь.
Заходим в квартиру. Рома разувается, но куртку не снимает. Ставит на кухне пакет, разбирает его, я раскладываю продукты.
— Мама сказала, что надо сначала заварить клюкву, а потом добавить в нее мед и мяту.
— Почему она сама не приехала? — ладно, это бессмысленный вопрос. Ответ я и так знаю.
— У нее оказались важные дела, и она попросила меня.
Осматривает меня каким-то жадным взглядом, а я машинально складываю руки на груди. Рома выглядит непривычно. В абсолютно простой одежде он кажется очень уютным, мягким.
Это беременность повлияла на меня или я всегда такой была? Но я понимаю, что Рома мне очень нужен. Просто рядом. Это необъяснимо, но перебороть себя не получается.
Волков ведет носом, и его взгляд останавливается на казане.
