1
0— Может быть. Вы бы не могли оставить нас наедине?"
"— С чего это вдруг? — Виталий хмурится. — Говорите при нас.
— Па, — Макар вздыхает. — Оставьте.
— Жена? — муж Светланы переводит тяжелый взор на меня, секунду молчит, будто сканирует мои мысли и прячет усмешку. — Жена пусть останется
Я думаю, что он понял, что я в курсе происходящего. И сам он тоже знает грязные секреты своей жены.
— Идем, — Виталий тянет Светлану за собой. — Переговорим пока с дежурным врачом.
Когда дверь за свекрами закрывается, муж Лены садится на стул, откидывается на спинку и вздыхает:
— И ты тут значит.
— В каком смысле?
— Лена перед операцией пришла в себя на пару минут и поделилась, что вы, как бы это помягче сказать… любовники.
— Какой операцией? — хрипит Макар.
Я хочу кинуться вслед за его родителями. Моего запала стервы хватило только на глупые угрозы с ток-шоу а теперь время выпустить маленькую испуганную истеричку.
— И вот выхожу я после нескольких часов операции, и слышу, что какой-то там Быков у нас. — поглаживает щеку. — И я думаю, не то ли Быков, который мою жену под шумок натягивает? Тот…
Усмехается и щурится
— Вот так совпадение.
— Что с Леной?
Боюсь, что после такого признания ее муж мог вырезать несколько органов или устроить кровотечение с последующей смертью.
— А тебе ли не все равно?
— Нет.
— Жить будет, — вымученно улыбается. — Было бы обидно, если бы я жену не смог спасти после стольких лет обучения и практики. Думаю, что тогда бы наши дети возненавидели меня. Сейчас они очень терпеливы к моей работе, которая сжирает сутки за сутками, потому что папа — герой, жизни спасает… — хмыкает, — а маму не спас?
Я сглатываю и ежусь под его хмурым взглядом.
— Она хорошая мать, — медленно чешет шею, — а из меня отец так себе. Да и муж, похоже, тоже не фонтан. Кстати, я не раз слышал, что у военных, врачей семьи часто несчастны.
Я не знаю, что ему ответить и как поддержать.
— Вся эта кровавая кутерьма, поток людей, которые могут гнить изнутри, дети с больными органами, смерти, насилие и жестокость, после которого ко мне все они попадают на операционный стол… — медленно моргает.
Не может хирургом быть эмпатичный, добрый, жалостливый и восторженный человек. Он сойдет с ума. И такой мужчина, вероятно, после признания жены в многочисленных изменах, не справился бы.
— Вы… ее не любите? — обескураженно шепчу я.
— Я осознаю свою ответственность перед детьми, перед женой, перед родителями и родственниками. С некоторыми людьми мне комфортно, с некоторыми нет.
Наверное, то, что ты подразумеваешь под любовью, я не способен испытать. Я вижу этот мир иначе.
