Измена. Право на сына (СИ)

Она пришла в дом, где я живу. Ясное дело, что наша встреча — логическое продолжение событий.

— Третий вариант, играем в гляделки и ждем, когда она сдастся.

— Моргать нельзя?

— Нет.

— Очень глупая и неприятная ситуация, — медленно выдыхаю через нос.

— Четвертый вариант, — Дина отвечает, — разбиваем машину… Нет Размазываем содержимое подгузника по лобовому стеклу.

— Разве так себя ведут самодостаточные женщины, которые себя любят?

— Нет — Дина сводит брови вместе. — И я хороша в советах, но не на практике. В свое время я сама натворила делов. Это поэтому такая умная. И к тебе это придет, когда обвешаешься неправильными решениями и ошибками.

— То есть самой принимать решение?

— да. Я поддержу.

— Даже памперсы?

— Я люблю суету, Уля. Мне поэтому и нравится работать няней с проживанием, потому что чужие страсти не дают заскучать.

— А я думала из-за любви к детям.

— И это тоже.

Я принимаю решение продолжить путь. Это все еще мой дом, пусть мне там тошно находиться. Трусливо убегать я не буду. Лена решила показаться. Что же. Я уже знаю о ней, и ее появление не такой уж и сюрприз для меня.

— Накрой Артёма сеткой и козырек на максимум расправь.

— Поняла, — Дина выполняет мои тихие просьбы.

Мы с каждым шагом ближе и ближе. Нарастает желание плюнуть и пройти мимо.

Да, буду выглядеть полной дурой, но я не уверена, что смогу выдержать этот вызов.

Лена приподнимает подбородок.

— Доброго вечера, — говорю я и добавляю. — Елена.

Мне кажется, что я в любой момент могу упасть, потому что ног не чувствую. Да что там. Я всего тела не чувствую, кроме сердца. тук-тук. Тук-тук. Пропуск. Тук-тук. Не сердцебиение, а азбука Морзе.

— Ты… знаешь.

— Я не переходила с вами на ты.

Дина молча протягивает мне связку ключей. Лена косит на коляску взгляд. Вот сейчас я готова оттаскать ее за патлы. Она еще и смеет проявлять любопытство.

Прикладываю ключи к домофону, после тихого писка открываю калитку и пропускаю Дину с коляской вперед. Она мастерски закрывает обзор своей спиной, чтобы Лена не увидела спящего Артёма.

— Зачем вы пришли? — прикрываю калитку и вновь смотрю на Лену.

— Мне надо с ним поговорить, — тихо отвечает она.

Жанна вполне себе вписывается в роль любовницы. Такая она. Даже в ее внешности есть стервозность, дикость и… шлюховатость, а Лена — олицетворение отстраненной и аристократичной красоты.

Да она бы не согласилась быть на вторых ролях. Не она. Неужели, внешность и правда обманчива?

— О чем поговорить?

— Я тебе не враг… — касается верхней пуговицы блузки и теребит ее.

— Спорное утверждение в свете недавних событий, — придерживаю калитку за холодную ручку. — Но я, наверное, соглашусь.