2
0
Я подошёл к кровати, высвободил одну её руку из мёртвой хватки и позволил вцепиться в мою. Я не знал, что говорить, что делать, но всем своим существом старался показать, как я её люблю и поддерживаю.
Белла улыбнулась, её глаза сияли.
— Все думают, что я с ума сошла, но я хотела, чтобы ты пришёл. Хотя бы ненадолго.
Я наклонился и поцеловал её в лоб.
— Я здесь, — пробормотал я. — И ты отлично справляешься.
Следующие двадцать минут пролетели как в тумане. Женщины суетились, Белла, тяжело дыша, боролась со схватками, которые становились всё чаще, а я всё это время держал её за руку и что-то шептал, подбадривая.
Наконец Ирен заглянула под простыню.
— Пора! — взволнованно сказала она. — Ещё пара потуг, Белла, и первый пойдёт! Ты почти у цели!
— Наконец-то! — выдохнула молодая мать. — Спасибо, Артём, но теперь можешь подождать снаружи.
Я согласился бы остаться и до конца, но, признаться, часть меня с облегчением выскользнула в коридор. Ждал, мечась из угла в угол, пока не услышал последний крик Беллы, за которым последовала напряжённая тишина.
И вот он, самый прекрасный звук на свете: тонкий требовательный плач новорожденного.
Сердце подпрыгнуло. Мой ребёнок! Он здесь!
Я хотел ворваться внутрь, но вспомнил, что на подходе второй. Через мгновение дверь приоткрылась, и оттуда выскользнула улыбающаяся Лейланна.
— Поздравляю, папочка, — сказала она, нежно целуя меня. — У тебя прекрасный здоровый мальчик.
Сын! Я ошарашенно уставился на дверь.
Тёмная эльфийка мягко взяла меня за руку.
— Ещё несколько минут. Зара просила тебя проверить Глорию, составить ей компанию, пока второй не родится. Потом сможешь со всеми познакомиться.
Как оказалось, дочь мирно спала в своей кроватке. Лейланна оставила меня и вернулась в спальню, а я уселся в кресло, глядя на свою малышку.
— У тебя теперь есть младший брат, милая, — прошептал я. — И скоро будет ещё один братик или сестричка. Потрясающе, правда?
Глория мирно сопела.
Казалось, прошла вечность, прежде чем в коридоре послышались шаги. Дверь приоткрылась, и сияющая Самира поманила меня к себе.
— У тебя сын и дочь, друг мой, — прошептала она. — Хочешь их увидеть?"
"И дочь! С переполненным сердцем я пошёл за ней в спальню. Все женщины собрались у кровати, восторженно воркуя. Белла, измученная, но светящаяся от счастья, откинулась на подушки.
На груди у неё, тихо причмокивая, кормились двое младенцев. У сына пушистый серый хвост и ушки, а у дочки ушки и хвост цвета воронова крыла, как у матери.
Я подошёл, оцепенев от изумления. Белла посмотрела на меня, и по её щеке скатилась слеза счастья.
— Познакомься с нашими детьми, любовь моя, — прошептала она.
— Они прекрасны, — выдохнул я. — Совершенны! — я осторожно коснулся их мягких щёчек.
