Японская война 1904. Книга вторая

Все-таки «Бранобель» — компания братьев Нобель, которая на рубеже веков занималась и нефтью, и боеприпасами, и техникой — это имя. Если у Бильдерлинга есть на них выходы, это сможет дать даже больше, чем весь Путиловский завод.

— Спасибо, — ответил я уже вслух, осознав, что на самом деле все очень и очень просто. Один разговор возможен только здесь и сейчас, а второй легко подождет. — Вы позволите сегодня вечером после перехода заглянуть к вам — обсудить «Бранобель»?

Заодно и намекнул, что дальше удерживать эти позиции нет особого смысла. У Ляояна мы точно встанем крепче, а сотня-другая километров, если враг в итоге потерпит поражение, уже не будет иметь никакого значения. Я потер лоб, только сейчас заметив, что случилось. Сначала похвалил Куропаткина, потом подумал, как он — не к добру это.

Бильдерлинг тем временем согласился на мою просьбу и начал командовать общий отход, довольно грамотно тасуя отряды и направления движения с учетом подготовленной нами карты. Я же вскочил на подведенного поручиком Зубцовским коня и поспешил к возвращающейся дивизии Шереметева.

— Ваше высокоблагородие, — во главе своих, сейчас именно своих, солдат шагал Степан Сергеевич. — Приказ выполнен.

Он, видно было, устал, но уж больно короткий доклад получился для такого-то момента. Ничего, мне и самому есть что сказать.

— Спасибо, братцы, — кивнул я подполковнику и всем, кто был рядом. — И добавлю: вы не просто выполнили приказ, вы в первом бою после перехода к новой тактике смогли дойти до врага, разбить его за рекордно короткое время и понести при этом гораздо меньшие потери. Поэтому… С этого момента 1-я дивизия будет называться 1-й Штурмовой дивизией 2-го Сибирского корпуса. И вы это заслужили!

Вообще, раздавать красивые имена мне по должности не положено. Но я поэтому и не стал трогать то, что мог бы дать только царь или главнокомандующий. Придет время, и нам еще добавят и слово «гвардейский», и кого-то из Романовых в покровители, а сейчас… 1-я Штурмовая — звучит же. Народу точно понравилось. А внутри корпуса именно я решаю, что и как должно быть!

Я шел сквозь строй, пожимая руки и отмечая тех, чьи успехи заметил, наблюдая за сражением сверху.

— Капитан Аминов, — вот мне попался командир 16-го полка. — Видел, что именно ваши люди прорвали строй японцев. Я очень рад, что в вашем поколении все так же сильна кровь и слава вашего рода.

— Рад стараться! — лицо молодого графа было непроницаемо.

Я же двинулся дальше. Похвалил снайперов, пулеметчиков… Было видно, что капитан Шульгин, заменяющий Славского, отправленного в поход к Инкоу вместе с Хорунженковым, очень волнуется.

— Мы много мазали, больше, чем на тренировочных стрельбах, — честно признался мой старший по тачанкам.

— Значит, будем больше тренироваться, — ответил я.