12
0– Почему вы больше не принимаете заказов? Может быть, вы нас хотя бы выслушаете? Мы полагаем, дело вас заинтересует.
Это он втягивал собеседника в разговор, чтобы провести нинсо-синдан: составить впечатление о характере и личности на основании мимики, контура морщинок и прочих мелочей, которые позволяют опытному наблюдателю читать незнакомого человека, как книгу.
– М-м… Максимум того, на что вы можете рассчитывать – общая консультация. Времени на серьезную архивную работу у меня нет. Я, видите ли, подписал договор на эксклюзивное обслуживание. Да что же мы разговариваем в прихожей? – сконфузился хозяин.
На всякий случай я последовал за ним первый, хотя уже видел, что никакая опасность нас здесь не подстерегает. У меня возникло нехорошее предчувствие, что мы притащились в Марбург зря. Этот мямля никак не походил на «криминального мастермайнда» (так, кажется?).
– Я Масахиро Сибата. А это герр Фандорин, – сказал я, когда мы вошли в просторную комнату, причем произнес вторую фамилию как можно отчетливей. Кабинет был весь в книжных шкафах, на нескольких широких столах лежали старинного вида бумаги, пергаменты, фолианты в жухлых кожаных переплетах.
– Как-как?! – вскричал хозяин, остановившись. Оказалось, что он не такой уж вялый – умеет и приходить в волнение. – Фандорин? Я не ослышался? Неужели… неужели вы из российской ветви фон Дорнов? То-то мне показалось, что вы говорите с русским акцентом! Ах вот почему вы пришли! Господи, садитесь же, садитесь!
Он обернулся ко мне:
– А вы? Вы тоже?! Неужели существует и японская линия фон Дорнов?! Ах, как интересно! Сейчас я угадаю! Она идет от Готлиба фон Дорна, пропавшего без вести в китайских морях во время Первой опиумной войны, больше не от кого! Я угадал?
Мы с Эрастом Петровичем озадаченно переглянулись.
– А вы из голландской ветви Дорнов? – спросил он. – Вы занимаетесь историей нашего рода? Это ваше хобби?"
"– Не хобби, а работа. Последние годы – основная работа. – Ван Дорн был очень взволнован. – Я же говорю: у меня эксклюзивный договор. До его исполнения я не могу брать никаких других заказов.
Я хотел задать сразу несколько вопросов – они прямо пихались локтями у меня в голове, но Эраст Петрович цокнул языком: не перебивай, он всё расскажет сам.
– Я действительно из боковой ветви Дорнов. В семнадцатом веке был такой Корнелиус фон Дорн, младший сын, зарабатывавший на жизнь шпагой.
