Яма

А еще я нашел в кармане бархатной куртки бумажку, на которой кривым почерком была написана какая-то белиберда: «MIRRORBOW 8 ROODELAPAY».

Эмалевую птичку мы перспективной не сочли. Как выяснилось много позднее, это была ошибка. (Зачеркнул, потому что в детективном моногатари так писать неправильно.)

Дальнейшие наши изыскания прервала полиция.

Но рассказывать про то, как нас опять арестовали и как мы познакомились с еще одним полицейским начальником, комиссаром Ляшамбром, я не буду, потому что это скучно.

Перейду сразу к событиям следующего дня.

Просто Эмма

Третьего января, с третьей попытки, мы наконец сели в парижский поезд. Этому предшествовали примечательные события, которые я могу восстановить в точности, потому что сразу всё записал в дневник – мне хотелось запечатлеть для будущих читателей особенности дедуктивного метода Эраста Фандорина. Эта техника сочетает Рацио и Сатори – западное упование на логику с восточной мобилизацией вдохновения.

Когда мы наконец отделались от полиции и остались вдвоем, господин задал мне вопрос:

– Что самое удивительное во всей этой истории? Есть одна вещь, которая не дает мне п-покоя.

"– Тут всё удивительное и всё не дает покоя, – ответил я. – Причины преступления, его обстоятельства, личность преступника. Загадка на загадке.

– Я имею в виду не то, чего мы не можем объяснить по недостатку сведений. Я имею в виду то, что нам известно, и всё же не поддается объяснению.

Я подумал-подумал, но ничего не придумал. Терпеливо подождав, господин сказал:

– Феноменальный юноша был чрезвычайно шустр, но худосочен и при такой тонкокостности вряд ли физически силен.

– И что?

– Как же это он, убив дез Эссара наверху, в спальне, потом принес мертвеца вниз? Не проволок по лестнице, а именно принес – иначе на теле остались бы следы ударов о ступеньки.

Я горд тем, что сделал логический вывод, не дожидаясь дальнейших подсказок.

– Ему кто-то помогал! Джон Джонс был не один!

– Да. Там был второй. Который и забрал к-картину, после чего сообщники расстались. Вопрос номер один…

– Не прибыли ли они из Англии вместе? – перебил я. Мне очень хотелось показать, что я только в начале думаю медленно, зато потом разгоняюсь, как «леклэр».

– И вопрос номер два…

– Не увез ли сообщник картину в Париж на вчерашнем поезде!

– Что нам, стало быть, необходимо установить?

Тут мне пришлось немножко сбросить скорость, но ненадолго.

– Как выглядит сообщник!

И мы снова отправились на причал.