13
0За разделку, если всё правильно провести — ещё сотню. За обработку шкуры — пятьдесят. За дополнительные работы — тоже на круг баллов пятьдесят выходит. Жаль, конечно, что нельзя снимать налоги непосредственно с охоты. Но с остального-то можно!..
— Хм… — Ольша задумался.
И вопросительно посмотрел на Кукушкина.
Мэр тоже задумался.
И внимательно посмотрел на меня. Минуты две, наверно, молча полировал меня взглядом…
А затем спросил:
— Вано, а сколько времени твои охотники проводят на охоте? Точнее, так… Получив добычу, они сразу возвращаются в факторию?
— Обычно да. Иногда, если добычи маловато, задерживаются ещё на день.
— Есть вариант ввести налог на баллы, которые заработаны за трое суток до входа в налогооблагаемую зону… — барабаня пальцами по столу, пояснил Иваныч. — Но тут есть сложность!
— Мы попытались ввести такое в городе… И теперь лесорубы не выходят из леса! — пояснил Ольша.
— И боимся мы, Вано, что если налог повысить, то народ из Алтарного, сверкая пятками, побежит… — пояснил Иваныч. — И вот к тебе вопрос: а твои не побегут?
— Каверзные вы вопросы задаёте, начальник!.. — отозвался я.
И тоже надолго задумался.
Вопрос и вправду каверзный. Вот поймал кто-то добычу — захочет он пойти в факторию, если будет знать, что с него там баллы снимут? Многие бы не пошли. Отказались бы идти. И понять их можно.
И бесполезно взывать к общей совести — это всё из области альтруизма, сказок и фантастики. Даже если часть людей согласится с такими условиями, остальные только для виду головой покивают. А сами будут делать всё, чтобы налоги обойти. Своя-то рубашка ближе к телу!
И, глядя на этих хитрецов, даже самые бескорыстные начнут так же поступать. И будут сидеть трое суток вне зоны, облагаемой налогами. Даже на портящееся мясо плюнут — лишь бы не отдавать кровно заработанные баллы «руководителям-мироедам».
— Скажи, Иваныч, а ты же видишь, кто сколько внёс налогов, да? — уточнил я.
— Ага, — кивнул Кукушкин.
— И я смогу видеть? — продолжил я расспросы.
— И ты сможешь, — кивнул Иваныч.
— Тогда я сделаю так… Я буду проверять всех вернувшихся. И если кто-то укрыл налоги — будет после этого пахать, как раб, ещё неделю в фактории! — твёрдо заявил я. — А если откажется, то пшёл вон! Вот так. И, наверно, по-другому никак.
— Предлагаешь тем же макаром и из города всех гнать? — усмехнулся Кукушкин.
— Предлагаю, — кивнул я.
— А ты знаешь, куда они пойдут? — спросил мэр с улыбкой, но я только плечами пожал. — Они пойдут к японцам, Вано! Просто назло, из обиды. И, я тебе скажу, были уже прецеденты…
— Вот ты говорил, Иваныч, что если фашист у тебя хочет что-то отобрать, его надо сразу бить. А я тебе скажу, что такие, как эти, сбежавшие к японцам, и должны были к японцам попасть! — ответил я. — Толку от этих поганцев никакого.
