3
0Горячий, практически пылающий, взгляд скользит по моей коже, зажигая каждый миллиметр, которого он касается.
Легкое прикосновение к плечу, где Клотя достала меня ножом, к ребрам, куда влетело что-то с камина, еще несколько мест, где должно быть болезненно… Но нет, только щекотливые мурашки разбегаются от кончиков пальцев Варда. А в его взгляде — чистейший восторг и восхищение.
— Твоя драконица… Она чудесная, — произносит он. — Когда совсем вырастет, будет очень и очень сильной: даже следов почти не осталось.
— Рея, — произношу я, перехватывая руку Варда и поднося ее к губам. — Ее зовут Рея.
— Я… я не должен знать ее имени, Марика, — по лицу Варда пробегает тень.
— Если кто-то и должен знать, то только ты, — отвечаю я.
Он не говорит больше ничего, все видно по его глазам. Да, для дракона сказать имя второй ипостаси — это доверие, и только дракон по-настоящему может оценить мой поступок.
Вард медленно проводит большим пальцем по моей нижней губе, спускаясь к подбородку, потом вдоль шеи ниже, еще ниже, задевая вершинку груди. Электрический разряд пронзает меня от макушки до кончиков пальцев ног. Я вздрагиваю, и с губ срывается тихий, прерывистый стон, которого я сама не ожидала. Этот звук заставляет Варда усмехнуться, низко, глубоко, вибрирующе, и эта усмешка отзывается эхом где-то в самом низу моего живота.
Нет, чувства не новы для меня, как бы я ни хотела утверждать обратное. Но такая яркость, насыщенность ощущений — просто на грани — кажется невозможной.
Ладони Варда, шершавые и обжигающе горячие, скользят вниз по моим бокам, касаются ребер. Пальцы очерчивают линию бедер, и я замираю, дыхание застревает в горле. Каждое прикосновение — это подтверждение того, что я боялась принять: это тело, я и даже Рея настолько остро откликается на Варда, потому что мы созданы для него.
Вард наклоняется, и его губы находят чувствительную впадинку у основания моей шеи. Горячее, влажное прикосновение его рта заставляет меня выгнуться навстречу, и я вцепляюсь пальцами в его волосы, запутываясь в упругих локонах. Дыхание Варда превращается в серию прерывистых вдохов, когда я, едва касаясь, провожу ладонью вниз по его спине, ныряя под пояс брюк.
Становится понятно, что и эта часть одежды стала лишней, мешающей. Вард тут же скидывает штаны, убирая последнюю преграду между нашими телами.
Он не исследует меня, он точно знает, где я больше всего жажду его прикосновений. Грудь, бедра, живот, снова грудь… Я теряюсь, не в силах понять, в какой момент времени и где ощущаю его ласки. Безумные, страстные, беспорядочные и такие упоительные поцелуи, от которых кружится голова.
