3
0А еще…
Роувард не очень ловко, совсем по-мужски, собирает мои волосы, а потом застегивает мне на шее серебряную цепочку. Тот самый кулон, который он мне купил на рынке, а я потом все же отдала Фридеру.
— Не снимай. Никогда. Нигде. Ни при каких условиях.
Киваю и, сопровождаемая восторженными взглядами, выхожу на крыльцо, чтобы повесить табличку на заранее приготовленные крюки. В груди что-то ликует. Ощущение, как будто за спиной расправляются крылья.
“О, нет! Когда ты это почувствуешь, поймешь, насколько это ощущение лучше!” — возражает мне внутренний голос, который стал все чаще напоминать о себе. Как будто, чем дальше, тем больше я схожу с ума. Но не буду же я об этом трепаться?
Открытие оказывается очень суматошным, но очень продуктивным: сначала посетители приходят по одному-по два, как редкие капли дождя. А потом это превращается в ливень. Да, покупают не все, но тем не менее, к концу отведенных для работы четырех часов, у меня заканчивается товар.
И тут я понимаю, что для работы в таких масштабах, мне нужен помощник. Толковый, ответственный, верный. А с этим будет… проблема.
— Вард, какое счастье, что тебе пришла в голову эта мысль с лавкой! — говорит Рина, поднимая бокал в честь открытия. — А то мы бы еще долго мучились.
— Спасибо вам всем большое, — искренне говорю я. — Еще совсем недавно я зашла в этот дом босая и, что уж скрывать, испуганная. А сейчас… Мне кажется, что я никогда не испытывала такой радости.
— Вард, ты допустил, чтобы Марика ходила босиком?! — Рина тут же переключается и начинает выговаривать Роуварду, но это выглядит так мило, что заканчивается искренним общим смехом.
И нам это нужно. Потому что каждый из нас знает, что на следующий день, на который назначены соревнования, нам будет не до смеха.
Глава 54
Зябко поежившись, поглубже натягиваю капюшон плаща и едва удерживаюсь от того, чтобы неприлично шмыгнуть носом. Соревнования решили проводить на побережье, поэтому ветер не без удовольствия треплет наши волосы и одежду и бросает в лицо брызги воды, которые пока долетают до нас, уже превращаются во льдинки.
— У меня такое ощущение, что у них испытание не только для мужчин, но и для всего города. Причем не просто так, а на выживание, — ворчит Рина, потирая ладони и согревая их дыханием.
— Просто местные привыкшие, а кто-то у нас нежный избалованный цветочек, — как бы невзначай произносит Фридер.
Рина фыркает, “случайно” наступает Фридеру на ногу, а тот только усмехается и так же “случайно” встает чуть ближе, чтобы прикрыть девушку от ветра.
Интересно, они хоть сами замечают, как их забавные стычки выглядят со стороны? Я могу всю свою лавку поставить на то, что они поженятся в течение года.
— Дорогие жители Хельфьорда! — раздался голос мэра, противный, как и его владелец.
