4
0— Ну а с бигусами пока еще возимся. Но это так, завершающие штрихи. Странник провалился по всем фронтам. «Мстители» выжили, город цел, потери среди мирного населения минимальны.
Я кладу трубку и размышляю. Жалко, что упустили Глеба. Значит, раз Странник его забрал, он знал что-то ценное. Например, о личностях других предателей…Тут меня осеняет мысль совсем другого направления.
— Эй, боец! — окликаю проходящего мимо гвардейца. — Там в подвале на полу валяются черные осколки. Это очень ценный артефакт. Собери их, потом передай мне.
— Будет сделано, — кивает он.
Интриги интригами, клубки клубками, но и о трофеях не стоит забывать.
* * *— Младший сын Великопермского, значит, — тяжело роняет Царь Борис. — Длинные руки же у этого Иномирянина, раз дотянулись до богатых дворян.
Владислав, конечно, заметил, что Царь упомянул последнее слово в множественном числе.
— Верно. Неизвестно, кого еще купил Иномирянин, — вздыхает глава Охранки. — Возможно, Глеб бы это прояснил, но его мы упустили.
— Не кори себя, Влад, — Царь не выглядит разгневанным, хотя выражение его глаз далеко от радостного.
— Не мои агенты, — вздыхает главный Палач России. — Это Вещий опять сумничал. Его заслуга.
— О, а в докладе ты это не упомянул, — замечает Царь, бросив взгляд на заваленный бумагами стол.
— Такие вещи лучше нигде не упоминать, кроме как устно. Особенно по причине роста числа наших врагов.
— Кхм, согласен, — задумчиво кивает Царь. — Значит, Вещий. А парень всё же непростой, даже для Филинова. Очень непростой.
— Он вряд ли чей-то шпион, — замечает Влад.
— Да я и не сомневаюсь, что он не шпион, — Царь Борис оглаживает тяжелые золотые перстни на пальцах. — Я совсем о другом, но неважно. А за полезность дадим ему потомственного.
— Это мы уже обещали, — напоминает Владислав. — За Алабмаш.
— Хм, ну тогда титул? Нет, титул рано пока, — одергивает сам себя Борис. — Стервятники сразу слетятся на парня. Значит, отдадим ему недвижимость этого как его…Недежки. А род предателя уничтожить и придать забвению.
— Уничтожать уже некого. Там мужчин и не осталось, — вставляет Владислав. — Брат предателя погиб на Аномалии. Был еще отец, но он уже постригся в монастырь, видимо, от стыда за сыновей. Есть только женщины с детьми.
Борис тянется за листком, на котором перечислено в столбик имущество рода Недежки.
— Оставим женщинам небольшой земельный надел, — решает Царь и, взяв ручку, чиркает прямо на листке. — Пускай клочок земли их кормит. Парню отдадим пару заводов и особняк в Перми — заслужил! Остальное в казну.
