Ментальным ударом, после которого каждый посчитал бы себя пятилетней девочкой.
— Привет, гвардия, — устало киваю бойцам, не вставая с дивана.
— Здравия желаем, шеф, — приветствует командир группы. А бойцы за его спиной недоуменно переглядываются. — Шеф, нам сказали провести зачистку.
— Да, верно, — соглашаюсь. — Молодцы, быстро приехали.
— Эмм, а кого зачищать? Сканеры говорят, в доме никого больше живых нет.
— Ну да, одни мертвецы, — я в свою очередь тоже в растерянности от вопросов. — Их и надо подчистить. В том числе.
Бойцы смотрят на меня как бараны на новые ворота.
— В общем, так, бойцы, — я набираю в грудь воздуха. Долбаная усталость. — У вашего командования произошла неправильная трактовка приказа, но от этого он не перестал быть обязательным к выполнению. Вы же в курсе о моих силах?
— О том, что вы универсал, шеф?
— Универсал? Хм, ну да, пускай универсал.
— Так точно, шеф."
"— Отлично, выполняйте, — я закидываю ноги на диван, чтобы передохнуть после длинной речи, а потом, вспомнив, бросаю в спины уходящим гвардейцам. — Бойцы, а, случайно, у вас с собой нет ноги хомуйвола? Ну или куриной, на худой конец?
Говорят, что нет. Но один гвардеец угощает шоколадным батончиком.
Пока валяюсь, звонит Степан.
— Упустили, — голос отчима бурлит, как вулкан. — Охранка лично рванулась в резиденцию Глеба, но того уже след простыл. Правильно сделал, в целом. Его люди не оказали бы сопротивление агентам. Даже княжеские дружинники вряд ли бы подняли оружие на Царскую Охранку. Причем автопарк Глеба весь на месте. Вряд ли сволочь уехала на электричке — народ сразу узнает, княжич как-никак. А значит, скорее всего ушел через…
— «Норы», — заканчиваю предложение. — Странник всё же его забрал, хотя Недежке отказал в помощи.
— Охранка скоро прибудет к Недежке, — произносит Степан. — Ты ведь там?
— Ага, а Недежка зачищен, — да, теперь я понимаю Серегу. — Что с «Хозяевами» и бигусами?
— Я и Охранка независимо друг от друга направили приказные директивы «Хозяевым» — прекратить осаду «Мстителей» и ждать у себя следователей. А так как их заступника Глеба больше нет, они убежали в свои резиденции и теперь сидят тише воды, — презрительно фыркает отчим.









