7
0Со мной не спорят, не возражают постоянно, не перебивают. Заказчик есть.
– Кто? – спросила я.
– Ну и как работать, если на каждом слове тебя перебивают? – возмутился толстяк.
– Извини, – пробормотала я, – молчу, как рыба об лед.
– Очень в этом сомневаюсь, – пробурчал Александр Михайлович, – прикусить язык ты не способна, но попробуй хоть пару минут держать его на привязи. Наш клиент Павел Комаров.
– Отлично! – подпрыгнула я. – Для начала у него нет денег на оплату детективов. И потом…
На сей раз Семен лягнул меня под столом что есть силы, я ойкнула и притихла.
– Продолжаю, – отчеканил полковник, – вчера мне не спалось. Наш гость тоже никак не мог уснуть. Мы с ним побеседовали, обсудили кое-какие вопросы, – продолжал полковник. – Да! Денег у Павла нет. Но он очень любит бабушку и хочет выяснить, кто довел ее до больницы. По поводу того, что ей кто-то звонил, он ничего не знает. Комарова внуку ничего не сообщала. Учитывая, как Павел нежно относится к пожилой женщине, я решил разобраться в этом вопросе. Итак, какая баба звонила Зинаиде Львовне, прикидывалась ее покойной внучкой?"
"Я отвернулась к окну. Сомневаюсь, что Павлик может кого-нибудь любить, кроме самого себя. И очень хорошо понимаю, что полковника отправили на пенсию, а он не умеет сидеть сложа руки. С ранней юности Александр Михайлович служил в органах, вся его жизнь там. У него нет никакого хобби. Рыбалка, охота, возня в гараже, занятия спортом – все это не для него. Его с трудом выпихивали в отпуск, и слова «выходной» он не знал. И вдруг! Ехать на работу не надо! Для многих мужчин избавление от ежедневного труда, возможность вставать в полдень, медленно завтракать, смотреть телевизор, общаться с приятелями – огромное счастье, они мечтают уйти на пенсию. Настроение им портит только то, что она мизерная, прожить на нее невозможно и придется все же где-то пахать. А для полковника отставка – крушение всей его жизни. Голову на отсечение даю, что он сам рассказал Павлу про звонки бабке и предложил заняться поисками подлой особы, которая прикидывалась несчастной Варей.
– Да, денег у Павла нет, – повторил толстяк, – но мы тоже пока никому не известны. Об агентстве никто не слышал. В рекламных целях многие фирмы делают бесплатно ремонт, дарят товары. А мы найдем эту «Варю», о нас напишут газеты, клиенты толпой побегут в «Дегтярев-Плаза».
– Куда? – оторопела я.
– Я решил теперь так называть наше сыскное бюро, – улыбнулся Александр Михайлович. – Моя фамилия прекрасно знакома полицейским по всей стране. Она привлечет массу заказчиков.
– Контора уже зарегистрирована как «Тюх», – напомнила я.
Александр Михайлович начал багроветь:
– Ну и что? Это псевдоним!
– Псевдоним агентства? – уточнила я.
