Фантом памяти

Зато на обратном пути времени у меня было предостаточно, ведь я собирался ехать назад в семь вечера, именно так я договаривался с Вероникой, которая должна была встречать меня во Франкфурте. Предостаточно времени... Сейчас посчитаю. Муся сказала, что я уехал в прошлом году из Франкфурта тем же поездом, что и сегодня. Значит, в Тройсдорф я прибыл примерно в половине второго. Еще полчаса максимум отведем на поиски нужного адреса - в два я уже был у Яновского. Сколько я с ним разговаривал? Ну час, ну от силы - два, все-таки не встреча одноклассников, о чем долго базарить-то? Стало быть, от Яновского я ушел самое позднее - в четыре, ну хорошо, пусть в пять, но точно не позже пяти. Допустим, он не проявил чудеса гостеприимства и не отвез меня на вокзал на машине, я потопал к поезду пешком, это еще полчаса (а кто его знаете может, и пять минут), минут десять ждал поезда (а может, и не ждал), двадцать минут ехал. Итак, в Кельне я оказался самое позднее - в шесть вечера, а на самом деле наверняка намного раньше. До семи у меня оставался как минимум час. Энергичным шагом я вполне успевал обойти все любимые мною места и даже слегка поесть-попить.

А был ли я дома у Яновского? Вопрос возник совершенно закономерно, ведь его жена обо мне ничего не знала, так что в дом я мог и не приходить. Может быть, я звонил ему в прошлом году и предварительно договорился о встрече, и мы встретились прямо на вокзале, потому что жена Яновского и вполне взрослая (насколько я мог судить по голосу) дочь не должны были знать о моем приезде и нашем разговоре. Очень даже логично, если вспомнить о том, какого рода информацию он мне давал. Она явно для лишних ушей не предназначалась. Значит, если я не искал его дом и не топал туда и обратно пешком, можно добавить ко времени, проведенному в Кельне, еще час. Тогда у меня хватило времени не только на прогулку, но и на неспешное сидение с бокалом пива и миской салата, а то и чем-нибудь посерьезнее. Интересно, в каком ресторане я сидел? Хотя, судя по времени, это был не ресторан, а бар, рестораны-то закрываются в три, когда заканчивается время ленча, и только в восемь открываются снова, так что с пяти до семи я мог предаваться гастрономическим радостям в основном в барах или кафе. Между прочим, Мусина любовь к китайским ресторанам объясняется еще и тем, что китайцы, в отличие от аборигенов, крайне редко следуют обычному европейскому расписанию и работают чаще всего без перерывов."

"Кстати, о Веронике, которая сегодня вечером будет ждать меня на вокзале. Я ведь накануне пообещал Мусе, что не стану больше с ней встречаться. Да мне, честно признаться, не очень-то и хочется. Сексуальное любопытство я более чем удовлетворил, а купаться в лучах ее любви потребности нет.