5
0— Мне со слухом стало полегче, как Миха и обещал. — Артём дошел до кухни, вытащил ещё одну пару шерстяных носков и направился в спальню.
— Я думал, что и у меня получше, пока вы не вернулись, — пожаловался Сергей.
— На гостинец. Не ной только. — Прохоров швырнул носки в Сергея и захлопнул дверь.
— И как я их надевать, по-твоему, должен? У меня нога сломана. Фу! Чем они воняют! Твою мать! Артём, скотина! Убью!
Я вопросительно посмотрел на Прохорова, и тот расплылся в улыбке.
— Носками вытер кровь паучихи. Как видишь, её аромат пришелся Сергею по вкусу, — пояснил он.
— Всё, хватит над человеком издеваться.
— А Леший уже сходил, — отозвался Лёха, сидевший на печи. — Вон, три ведра стоят. Пока солнце было, прошвырнулся по округе и нашел бесхозную тару, — самодовольно заявил Леший и, закинув руки за голову, улёгся на печку.
— Красавец, — уважительно кивнул я. — Тогда идём умываться и тряпки заодно постираем, — сказал я Артёму.
Мы взяли по одному ведру и отправились в ванную. По очереди умылись, обмылись, а потом бросили в ванну куртки со штанами и залили их водой.
Повесили куртки на верёвку, чтобы обтекали, а сами двинули на запах. Наш кулинар уже во всю кашеварил. Откупорил три банки с тушенкой, закинул их в кастрюлю, залил водой, сверху высыпал рис. Во время готовки Макар напевал мантру:
— Три банки тушенки,
Соли две щепотки,
Ведро воды и хрен туды,
Охапка дров и плов готов!
— Следи, чтобы этот дурачок и правда туда свой хрен не засунул, — заходя в кухню, сказал Артём Лешему, чем вызвал общий хохот.
— Ха-ха-ха! Тёмыч, скажешь тоже. Мне ж потом самому эту баланду есть, — засмеялся Макар. — Отдохните часок, и плов подойдёт как раз.
Так мы и поступили. Я навестил Сергея и отметил, что кость на ноге уже практически не торчит. Доминанта регенерации работает, и очень даже хорошо. Шишка на кисти у него и вовсе исчезла.
— Серёг, как самочувствие?
— Голодно, — улыбнулся он.
— А рука как? — спросил я, указав на кисть, где ранее была шишка, оставшаяся от плохо сросшегося перелома.
— А чего с ней? — нахмурился Сергей и внезапно заметил изменения. — Ох ты ж, ёмоё! А как? А куда оно…? — Он сжал кулак с силой, так что костяшки побелели, разжал и снова сжал. — Не болит! Мишка! Не болит! — воскликнул Серёга. — Я уже столько лет с этим мучился, а оно вот так? За пару дней рассосалось? Так не бывает!
— Бывает, Серёжа, бывает, — усмехнулся я и похлопал его по здоровой ноге.
Оставив нашего болезного в покое, я направился в ванную комнату.
