Евангелие от Палача

 – В самом главном – не с тем он обращался к Мефистофелю, не надо было в молодость проситься… Магнуст задержался с репликой, наверное, быстро считал-прикидывал еврейским своим хитрожопым разумением: какую подлянку я ему заготовил? – А о чем ему надо было просить Мефистофеля? послушно задал он наконец предписанный ему вопрос.

– О долгой жизни. Понимаешь? Не о возвращенной молодости – в этом нет проку, а о продленной старости. Надо было торговаться не за прошлое, а за будущее… Магнуст думал одно мгновение:

– Нет. Эта мыслишка у вас не очень важная. – Почему? – искренне удивился я.

 – Потому что вы не понимаете условий игры. Я не Мефистофель и покупать, вашу душу не собираюсь. Да и, скорее всего, вам и продавать-то нечего. Нет у вас товара… – А чего же ты хочешь? – Чтобы вы за свое будущее расплатились из своего прошлого… – Глупая сделка, – вздохнул я. – Обычно за свое прошлое расплачиваются будущим… – Да, – подтвердил Магнуст. – Это когда хотят мести… – А ты? – А я хочу суда. Правды. Научения людям. – Трудную тогда ты сыскал себе работенку, – посочувствовал я ему. – Ничего, не жалуюсь. – И заверил меня:

– Она мне по силам… Глупый, самонадеянный зверь, дерзко рвущийся в силки.

Ладно, если тебе нужен суд, я готов. Приду с адвокатом своим, с Сенькой Ковшуком. А Магнуст, обеспокоенный моим молчанием, быстро сказал:

– Давайте встретимся, погуляем, поговорим… Потом, если захотите, вместе пообедаем…

Ага, я еще давешний обед наш не переварил. Погуляем… Боится прослушивания… Ладно… – С радостью, – готовно откликнулся я. – Называй время и место… – Через час. Около вашего дома, на улице…

*** Суда он хочет! Тоже мне, хрен с горы, свалился на мою голову! Я, может быть, и не возражал бы, чтобы он моим прошлым дал научение будущим людям, кабы в этом великом правдосозидании не затерялся один мелкий пустяк – мое настоящее.

Мой горестно-немощный, безвидно-похмельный сегодняшний день.

Простым будущим людям, которые при содействии Магнуста будут жить теперь только по правде, и героям страшного прошлого, исчезнувшим как бы навсегда – им на мое настоящее, ищущее только покоя, забвения и опохмелочки, – им на него наплевать. А мне – нет. И прошу не забывать незначительную, но довольно важную подробность: я единственный мост, соединяющий пропасть между настоящим вчера и непришедшим завтра.

Поэтому со всей сердечной искренностью и партийной принципиальностью я крикнул на весь мир шепотом: не хочу! Не хочу, чтобы бессчетные орды умерших, замученных, убитых шли по мне – по мосту – из прошлого в будущее. Их так много, и так согласно они будут просить суда, справедливости, возмездия, что возникнет – как в школьном учебнике – резонанс. И мост – я, мое настоящее – разрушится, распадется, рухнет в пучину небытия.