Так что, видишь, Майка, как все не просто – ты мне и дочка, ты мне и сестра. И до слез обидно, что после всех этих трудностей придется твоему Магнусту нареченному завтра умереть, сделав тебя неформальной вдовой, а мне-то причинив двойной удар: дважды зятя потеряю – по жениху дочери наплачусь и о женихе сестры загорюю. Тихо и покойно было мне в зеленоватом сумраке ванной. Ветвистые водоросли воспоминаний укрыли меня, спрятали, согрели и. разволновали приятно, потому что растрогали. И напрасно Римма называла меня убийцей и извергом.
– Выходи, черт бы тебя побрал! Там тебя твой немец еврейский по телефону домогается… Вот видишь, сынок, это не я палач, а ты дурачок, если так меня домогаешься.
ГЛАВА 20
НЕТ, ТЫ НЕ ПРАВ, ФАУСТ…"
"Свербящий пронзительный голос Магнуста бормашиной прорвал барабанную перепонку, сверлом вошел в мой дремлющий мозг, убаюканный воспоминаниями, затуманенный жидкостью для ращения волос на затылке.
Душа воскресает… – Я готов вам помочь на этом пути, – хмыкнул недоверчиво Магнуст.
– Не сомневаюсь, что вы в своей Конторе широко попользовались этой заповедью! – Было дело, было… – легко согласился я. – И сами «стучали», и на «стук» отворяли. Да ты и сам знаешь – в нашей с тобой работе без «стука» никуда.









