Евангелие от Палача

Не то чтобы я их жалел, кабанов этих раздутых; просто никакого не предвидел для себя профита с этого дела. Неизвестно, где его истоки, и уж совсем не угадать, во что оно выльется. А отсеченное от задумки и непонятное в своей цели становилось мне это дело совсем неинтересным – тупая мясницкая работа. Нет, у меня были своя игра – надо было только ловчее увильнуть от ленинградского поручения. И пока мы мчались в абакумовском «линкольне» по заснеженной вечерней Москве, сквозь толстое стекло, отделявшее нас от шофера Вогнистого, еле слышно доносился из приемника писклявый голос Марины Ковалевой, восходящей тогдашней звезды эстрады: Счастье полно только с горечью.

Было счастье, словно вымысел. До того оно непрочное, Что вдвоем его не вынесли… Абакумов мрачно раздумывал о чем-то, наверное, о предстоящей посадке ленинградских командиров, маленковских сук, хотя со стороны казалось, что он прислушивается к певичке, и я его сразу понял, когда он неожиданно сказал. – Голос – как в жопе волос – тонок и нечист… – подумал и добпвил. – Но в койке она пляшет неплохо… Я засмеялся, подхватил лениво катящийся по полю мяч и решил начать свой прорыв к воротам.  – Это важнее. По мне – пусть совсем немая, лишь бы в койке хорошо выступала… Мне надо было успеть забросить мяч до того, как мы приедем в цирк. Абакумов слишком часто ходил в свою ложу – не могло того быть, чтобы там не подбросили пару микрофонов. – Я одну такую знаю… – начал я нашептывать со сплетническим азартом. – Вот это действительно гроссмейстерша! И молчит. Из-за нее наш Сергей Павлович совсем обезумел…

– Крутованов? – удивился Абакумов.

И сразу же сделал стойку:

– Ну-ка, ну-ка!…

– Он этой бабе подарил алмаз «Саксония»… – Что за алмаз?

– Его Пашка Мешик выковырнул из короны саксонских королей. В Дрездене дело было…

– Чего-чего-о?!

– Точно, в сорок седьмом, он его на моих глазах отверткой выковырнул! – И что?

– И велел мне передать только что назначенному замминистра Крутованову.

– Зачем? – Чтобы вправить алмаз в рукоять кинжала и подарить его от имени работающих в Германии чекистов Иосифу Виссарионовичу. – Ай-яй-яй! – застонал от предчувствия счастья Абакумов.

 – А почему Крутованов? Я доброжельно посмеялся:"

"– Вы же Пашку Мешика знаете -он на всех стульях сразу посидеть хочет. Сам-то он на верхние уровни не выходит, а через Крутованова и его свояка запросто можно поднести такой презент и их благоволением заручиться кстати… – Так-так-так… – зацокал языком Абакумов, башкой замотал от восторга. – Ах, молодцы! Ах, умники!… Но ведь не вручили?… Я покивал огорченно. – Ну и как же всплыл этот камешек вновь? – У меня агент есть, ювелир.