Это (не) ваша дочь, господин маг

— Простите, господин Кан, — его лицо покраснело от злости, видимо, он как-то пытался удержать госпожу, но не вышло.

— Вам было чётко сказано ожидать, — говорю я твёрдым тоном, — скажите мне причину вашего неучтивого поведения, — прошу я спокойно, хотя внутри всё кипит, требуя выставить её не только из своего кабинета, а из здания, что сделать мне, собственно, ничего не мешает.

Бартон не отвечает на мой вопрос, подозрительно суживает глаза, переводит взгляд на Адалин, ядовитое презрение искривляет черты женщины, что ещё больше злит. Зная Адалин, насколько она чувствительна к своей репутации, теперь будет переживать из-за такой ерунды.

— Раз нет ответа, покиньте кабинет, Эстос, проводи госпожу.

— Не нужно меня провожать, господин Кан, я сама выйду, — надменно вздергивает подбородок, разворачивается, прошуршав тяжёлыми складками шлейфа своего вычурного платья, выходит из помещения.

Выжидаю, когда дверь закроется. Напряженно выдыхаю и перевожу взгляд на Ридвон. Она избегает моего взгляда и смотрит в сторону.

— Теперь, — тихо произносит, — у неё точно есть основание распустить обо мне слухи, — в голосе слышиться горечь.

— Даже не думай о таком пустяке.

Адалин резко поворачивается ко мне.

— Вам проще говорить. Кто вы и кто я, нищенка без крыши над головой.

Стискиваю зубы. Я снова ощущаю острый укол злости, никто не посмеет говорить о ней плохо.

— Простите, господин Кан, я лучше пойду.

— Постой, — преграждаю путь. — На суде ни словом об этом не заикнётся, я тебе обещаю.

Адалин пристально смотрит на меня, синие айсберги медленно оттаивают..

— Я верю вам…

Ридвон уходит, а я несколько секунд смотрю ей вслед, возвращаюсь в кресло. Эстост заглядывает через минуту, и я велю ему впустить в кабинет Бартон.

На её лице очевидная маска превосходства, будто она узнала что-то такое, что может использовать в своих целях. Только ошибается.

— Присаживайтесь, — указываю на стул.

Бартон брезгливо морщит нос, но садится.

— Вы здесь не по случайности, — беру следующую папку и раскрываю её. — И у меня к вам ряд серьезных вопросов.

Магрит Бартон фыркает.

— По-моему, я ответила на все ваши вопросы, и я возмущена, — шипит змеёй, — вы заставляете меня ждать в коридоре, а сами тут… развлекаетесь с этой… этой проходимкой.

Резко хлопаю папкой по столу, так что Бартон вздрагивает."

"— Не смейте оскорблять при мне дочь вашего мужа, — сквозь зубы проговариваю каждое слово, начинаю перебирать бумаги, собирая важные, не слыша нужных слов от этой кикиморы, помогаю ей: — Извинитесь прямо сейчас..

Госпожа Бартон горделиво задирает подбородок.

— С какой стати, вы-то не лучше.

Приподнимаю бровь и усмехаюсь про себя.

— Ну что ж, раз не хотите исправляться, значит, исправит закон, — приближаю пальцами бумаги.