Это (не) ваша дочь, господин маг

Передергиваю плечами, чувствуя, как неприятно липнет одежда, а по позвоночнику стекает влага, тело окоченело. Сколько тут уже стою? Уже давно ночь, фонари на каменных плитах, как маяки, светятся тусклым мёртвым светом. Вытираю рукавом стекающими ручьями воду. Делаю шаг, покидая злосчастное место, и иду к выходу, где оставил машину. Она по-прежнему стоит на дороге.

Останавливаюсь и окидываю взглядом некрополь под стеной ливня.

Открываю дверь и сажусь на водительское сиденье. Дышу несколько минут, сбрасывая остатки смертельных пут. Стягиваю промокший до нитки пиджак с себя, брезгливо стряхивая с запястья воду, берусь за ключ.

"Выруливаю на дорогу только через несколько минут. Горячий душ и чашка крепкого чая не помешали бы. Где-то в груди, в области сердца, колет, корни воспоминаний оплели и не отпускают, перед глазами лицо моей матери, Лишен Аргант. Жаль, что воспоминания навсегда оставили мрачный след о ней.

Тот день, когда её не стало, был словно в жутком кошмаре, меня забрали органы правопорядка, долго допрашивали, а потом сослали в закрытый приют. Никто не стал разбираться, что сподвигло её это сделать, правовым органам было проще назвать простую акушерку сумасшедшей.

Думаю, и в голове складывается чёткая картина чьего-то хорошо выверенного плана. Сначала эта статья о моём прошлом, потом моя поездка на могилу настоящей матери… тьма. Это же определённо ловушка. И кто-то явно получил нужные доказательства, которые могут обернуться против меня.

— Найду и собственноручно поджарю.

Стискиваю зубы и давлю на газ.

Глава 19

Адалин Ридвон

Весь день был суматошным и в то же время каким-то необычным, отличающимся от прошлых повседневных будней, будто произошло что-то такое сокровенное, что дразнило и заставляло волнительно нечто предвкушать. И как бы ни брала себя в руки и ни гнала эти ощущения, а мыслями постоянно возвращалась к Фоэрту Кану. Не нужно отрицать, что причиной был он.

Воспоминания настигали меня даже в самых важных делах, когда готовила утром завтрак, когда прибиралась в комнатах, когда ловила своё отражение в зеркальных поверхностях. Его голос будоражил, разгонял по венам кровь, заставляя меня пламенеть от стыда.

Даже, кажется, Кери видит меня насквозь и оттого ещё больше заставляет испытывать неловкость. Потому что всё, что случилось вчера ночью, кажется каким-то сладким сном. И то состояние, когда я вернулась с Кери в комнату, долго не могла уснуть, чувствуя, как горит от его прикосновений кожа, как пылают губы от мучительной ласки.

Даже не представляла, как смогу смотреть ему в глаза с полным равнодушием, но я должна делать вид, что ничего не было.