5
0
В конце концов, я имею право быть куда более недовольным! И пусть она мне ничего не обещала, но она спит со мной! Моя принцесса! Моя!
И какого она вдруг решила, что будет иначе, не знаю. И не собираюсь знать.
Она моя и будет моей, пока я сам не решу обратного!"
"Правда, от одной этой вероятности становится плохо и яростно, да и Волк снова пытается предъявлять права на наше общее тело и нашу общую самочку, но я терплю, даже позы не меняю, осматриваю Лари, прикидывая, чего бы еще с ней такого интересного сделать… Чтоб даже мыслей в голове этой красивой не было про каких-то там, непонятно, откуда взявшихся женихов.
Яснее ясного, что мне, как главе Тайной канцелярии, стоило бы собраться и провести допрос по всем правилам, но отчего-то зреет уверенность, что этого не потребуется, и Лари сейчас сама все расскажет.
И принцесса не подводит.
Она сидит, изящно выгнувшись в пояснице, придерживает надорванный ворот платья тонкими пальчиками и, явно задумавшись, принимается бормотать:
— У него был амулет… И, понимаешь, я же не знаю, какие они могут быть… Меня этому не учили. Ни Дон, ни здесь… Здесь у вас вообще амулеты немного другие. У них сила другая, понятная… А там… Там было что-то странное. Темное, похожее на… Знаешь, — она смотрит на меня в упор, и я застываю, не в силах отвести взгляд от ее глаз, безумно голубых, чистых-чистых, словно драгоценные камни в короне Ежи, ощущаю, что не могу даже моргнуть, как-то сбросить морок… Ведьма проклятая… Я же не поддаюсь магии! Как у нее получается? А Лари даже не понимает, что со мной делает, продолжает взволнованно, — это было похоже по ощущениям на то проклятье, которым хотели убить меня, а попали в Мэсси! Не прямо то же самое, но вот по самой сути своей… Но как такое может быть? Я не чувствовала ничего! Никакой магии! А вела себя, словно… Словно завороженная… А из преподавателей кто-то чувствовал магию? Или, может, Ассандр?
Качаю головой.
В том-то и дело, что никто.
