Два шага до любви

— Берестов, — по-деловому, рассудительно принялась я его вразумлять, — я понимаю, что в тебе благородство взыграло, мол, ты мне что-то там должен…

— Славка! — снова перебил он меня. — Я тебя хочу. Сильно и постоянно. Я не спал ни с одной женщиной после нашей с тобой встречи. И не потому, что не имел такой возможности, а потому что не хотел простого банального удовлетворения, испытав и пережив то, что у нас с тобой было и как у нас было. Да и не хотел других женщин.

— И ты уверен, что это серьезный повод, чтобы жить вместе? — усмехнулась я.

— Вообще-то это хороший повод, весомый. Но у нас есть и другие, — продолжил он свои аргументы. — У нас есть сын. И мы интересны друг другу как личности, мы уважаем друг друга, мы из одного социального слоя, и оба материально не бедствуем и сами себя обеспечиваем, что немаловажно, потому что отпадает материальный расчет в отношениях.

— Ты зарабатываешь намного больше, — вставила я свой «пятак».

— Но так и должно быть: мужчина должен зарабатывать больше, чтобы чувствовать себя мужчиной, а не кем-то еще. Главное, чтобы женщина, соглашаясь жить с ним, руководствовалась иными чувствами, а не жадностью и расчетом.

— Но то, что ты перечисляешь как аргументы, и есть расчет, разве не так? — спросила я. — Просто расчет иных составляющих."

"— Знаешь, мне наш сын сказал одну потрясающе простую и одновременно глубокую вещь, — улыбнувшись, стал рассказывать Берестов. — Мы сидели с ним в одном совершенно уникальном старинном пабе, в предместье Лондона, и он меня спросил: «Пап, а ты любил тогда маму?» И мне пришлось ему честно отвечать, потому, как мы договорились не врать друг другу. Я задумался, вспомнил то время и тебя, — он усмехнулся, весело сверкнув на меня глазами, — такую крутую брюнеточку, которая пыталась меня соблазнить и при этом даже не целовалась никогда раньше. Многое вспомнил и честно признался сыну, что не знаю, наверняка любил. Но я тогда молодой был, глупый, азартный, крутым себя чувствовал, для меня бизнес был на первом месте, а все остальное, в том числе и женщины, где-то там, далеко после него. Я сказал ему, что мне с тобой тогда очень хорошо было, как-то тепло и уютно, мы постоянно смеялись, ты меня забавляла и удивляла, и заботилась обо мне, и любила меня.